«с товарыщи». Никаких проявлений серебряных руд он там не обнаружил [1, с. 76-77]. Однако экспедиции В. Г. Шпилькина и Ф. Кыркалова фактически продолжили работу, начатую экспедицией Г. А. Загрязского (1627 г.), по широкомасштабному обследованию Большеземельской и Малоземельской тундр с выходом на острова Северного Ледовитого океана, относящихся к Пустозерскому уезду, на предмет обнаружения крупных месторождений рудных полезных ископаемых (в первую очередь меди и серебра) и драгоценных камней. Правительство, видимо, оказалось недовольно результатами экспедиции В. Г. Шпилькина. Фактически с ревизией деятельности предыдущей экспедиции на Мезень была послана новая экспедиция, возглавляемая двумя братьями князьями Богданом и Степаном Милорадовыми. В состав этой экспедиции вошли рудознатец Сербеня, стрелецкий сотник Клим Некрасов и два стрельца. Экспедиционеры получили в Москве образец мезенской серебряной руды. Приехав на место, экспедиция стала вести себя весьма странно. Рудознатец заявил, что показываемая местными жителями руда никуда не годная. В места, которые намеревались показать мезенцы и канинские ненцы, экспедиция не поехала и вернулась в Москву [1, с. 77-78]. Шпилькин же Василий Григорьевич был отправлен в почетную ссылку в Сибирь. Он получил назначение на место дьяка Томской (1665/66-21 октября 1676 г.) и Мангазейской (1667/68 г.) приказных изб [5]. В Томске он и умер. В 1660-1670-х гг. в Арктической зоне Европейского Северо-Востока случился настоящий бум геологических поисков. Причем искали как отдельные люди (русские, пермяки (коми) и самоеды (ненцы)), так и специально организованные экспедиции, имевшие в своем составе рудознатцев. Кроме приведенных выше сведений об экспедициях В. Г. Шпилькина и Ф. Кыркалова, до нашего времени дошли документы о следующих событиях, имеющих отношение к исследуемому нами вопросу. В 1666 г. в Пустозерском остроге воеводе Василию Григорьевичу Дикову было представлено два заявления о геологических открытиях. Пустозерский стрелец Ф. М. Шадра подал руду, которую ему «дал ... в Югорском Шару на Вайгаче тундряной самоядин роду Тысыня Хавлай» [6, с. 172]. В этом же году подали «извет», по словам А. А. Кузина, «крестьяне Пустоозерского острога», что они «открыли в горе слюду и какую-то руду» [1, с. 60]. В дневниковых записях экспедиции, снаряженной по этому сигналу, говорится, что известил об открытии ненец Ситка [7, л. 138-144]. Воевода В. Г. Диков отправил отписку с изложением указанных «изветов» в Москву. Результат превзошел все ожидания. В Новгородском приказе как раз готовились к смене пустозерского воеводы, поскольку срок службы В. Г. Дикова на этом посту истек. Новым воеводой предстояло быть Ивану Савиновичу Неелову. Этому воеводе в наказ был включен большой текст о его обязанностях по поискам полезных ископаемых. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=