№ 21. ИзвЪст1я Архангельска™ Общества 49 У собакъ идетъ борьба изъ-за каждаго брошеннаго имъ куска. Кто сильнее, тотъ и сытее. Такова собачья мораль. Куда ни пойди среди становища, вечно сунется подъ ноги какая нибудь собака. Среди нихъ попадаются такде нахалы, которыхъ даже пущенный въ нихъ камень не отгоняетъ прочь. Молча жмется и терпеливо ждетъ второго удара. Осанистый полукровный гончакъ „Пуро“ стоически переноситъ такая „маленьюя непр1ятности“, ласково повиливая въ ответъ хвостомъ. Его сколько угодно можно бить камнями, пинать ногой, онъ не двинется съ места. Что-бъ его отогнать откуда нибудь, приходится брать за шиворотъ и силой оттаскивать прочь. Стоикъ! У чернаго кобеля „мешка", съ желтыми пятнами на голове и высоко поднятыми бровями, что придаетъ ему забавный, вечно удивленный видъ, натура иная: тотъ визжитъ, такъ сказать, предварительно, не дожидаясь удара. Лишь только возьмешь камень въ руку, хотя и не по его адресу, какъ ужъ „Мешокъ", поджавши хвостъ, визжитъ благимъ матомъ и бокомъ улепетываетъ въ сторону, изподлобья поглядывая своими удивленными глазами. Въ возне съ котлами, съ чайниками, въ борьбе съ собаками за целость провизш проходитъ день. Поздно вечеромъ является моторъ, чтобъ перевезти насъ со всЬмъ имуществомъ на новое становище, въ глубину губы, какъ было условлено вчера съ Лобановымъ. Но къ приходу мотора мы уже изменили планъ, решивъ остаться здесь еще некоторое время до окончания начатыхъ работъ по сломке, а моторомъ воспользоваться для временной поездки въ глубину губы, чтобы познакомиться съ Средней и Южной долиной, ввиду будущаго нашего перехода по одной изъ нихъ на Карскую сторону. Когда поднимали якорь, туманъ сталъ еще более сгущаться, а лишь только вышли изъ бухты, какъ насъ совсемъ окутало сырой, белесоватой мглою. Приходится идти тихимъ ходомъ, словно ощупью, не видя ни крошки берега. Можетъ выйти истор1я неприятная, если нарвемся где нибудь на рифъ или упремся носомъ въ скалистый островъ. Настойчиво, однообразно постукиваетъ .машина... Со всехъ сторонъ белая муть... Сажени на три кругомъ видна спокойная гладь воды, а дальше все обрывается, растворяясь въ тумаке. Безпокоится штурмапъ, который прИЪхалъ за нами вместо Лобанова, досталъ изъ каюты ком- пасъ и остро впивается глазами впередъ, тщетно пытаясь разобрать что нибудь въ этой загадке, что встала стенами вокругъ. Остановились, сбившись окончательно съ пути. Ни зги не видать... После дела и такъ и этакъ справляемся съ компасомъ, но мы такъ на- кружили по губе, что невозможно уже ор1ентироваться и определить где берегъ. Застопорили машину... Голосъ благоразумия въ лице промышленника Антуфьева подска- зываетъ стать на якорь и подождать, пока туманъ не развеется, чтобъ, грЪхомъ, не выйти изъ губы въ океанъ, и тогда пиши пропало, или, въ лучшемъ случае, напороться на рифы и погубить моторъ. Попробовали стать на якорь—глубина. Цепь не хватила. Снова пустили въ ходъ Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=