Одна говорит: «У меня дочи така роботящща, така работящща (быстро произносит): тридни - три нитки, пять ден - простенек. А молодка дэк та уж ленивовата (тянет слова): как день - так и простень, как день - так и простень». При этом девушке, не желавшей прясть, добавляли: «на бабенкину дочерь-ту не находи (пример не бери - Т. Д)».32 О значении деловитости, мастерстве в рукоделии = готовности к браку свидетельствует такая поговорка: «Замужье не заречье, сумеешь шить косо подоплечье». Девушки, определившиеся в пары после Пасхальных дней, завершали «молодежную игру» участием в известной игре «Дрема», входившей на нижней Печоре в состав весенне- летнегр «горочного» репертуара молодежи. При этом «Дремой» становились и девушки, преуспевшие в рукоделии, что свидетельствовало об их мастерстве, и в силу этого не боявшихся быть осмеянными в игре. В 1920-е гг. значение «обрядового прядения» было утеряно, и оно связывалось исключительно с экономическими интересами семьи: «печорское вязание» пользовалось спросом на Русском Севере и являлось основным видом товаров, вывозимых на зимние ярмарки в Пинегу, Мезень и Архангельск. Хотя девушки-невесты в вечернее время и имели право на свободную жизнь, многие родители все же укоряли их за впустую потраченное время и отпускали дочерей на вечеринки только с работой - вязанием, прядением. По рассказам женщин, они хитрили и обычно отчитывались матерям работой, выполненной ранее: «Иногод придем с посидки, ниче не сделам - проиграм дэк, матери зачнут нас ругать. Скажет шары ти (глаза - Т.Д.) ширила, сидела ниче не навязала. Опеть омманывали: унесем готову головку (носок - ТД.) ле исподку (рукавицу - Т.Д.), а потом показывам, буд-то на посидке связали. Бывало, щщо (что - Т.Д.) и не отпускали како ле время».33 С Богоявления Господня пары, пришедшие к брачному согласию, начинали подготовку к свадьбе, а молодежь продолжала игру. В этот период родители стремились наряднее одевать своих дочерей, с тем, чтобы их заметили и засылали 212 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=