гда ездили на лошадях: зимой, запряженных в карету- розвальни, летом - в телегу - тарантас. Жених сидел на обработанной шкуре оленя - постели в левой части повозки, остальные в правой. В свадебные упряжки впрягали только жеребца, тогда как в гаданиях использовали только кобыл. Пи- жемцы зимой ездили свататься на двух упряжках. Впереди ехала карета — двухместная крытая повозка, в которой на красном сукне сидели жених с крестным, а следом в санях- лежанке или розвальнях с соломенной подстилкой сваха, а в последующие посещения в ней размещались остальные участники сватовства. Заметим, что жениху запрещалось участвовать в организации поездки, включая управление лошадьми. В обрядовой символике сватовства одним из главных опознавательных знаков был звуковой код. О приезде сватов определяли по их действиям: пижемцы стучали палкой в простенок, устьцилемцы громко топтались и разговаривали перед входом в дом. Использование подобных шумовых эффектов в семейной и календарной обрядности (святки - угадывание имен суженого при помощи скрипа жерновов, слушание под хлевным окном; в погребальном обряде - шорох как примета смерти; в родильном обряде - стук в стену как способ изгнания нечистой силы и т.д.) - есть признак появления негативных персонажей оборотного мира.57 В контексте свадебной обрядности стук в стену обретает еще и некую эротическую символику. Соотнесенность невесты с чужим, неведомым миром подчеркнута и строгим соблюдением обрядового этикета. Войдя в дом, сваты должны были оставить дверь полуоткрытой (с.Бугаево) и переступать порог левой ногой, проговаривая про себя или вслух: «Господи, благослови, Христос». В избе гости становились под грядкой или под матицей, не заходя за нее, совершали три поясных поклона. На предложение хозяев пройти и сесть отвечали: «Мы не сижачи, а стоячи» (с. Бугае- >.58 во) и др. Первым заводил разговор сват. Вот некоторые варианты: «У вас невеста — у нас жених, нельзя ли род свести, на 224 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=