Мало примай, большому строку давай, - говорил жених и возвращался в избу. После этого дружки, сватья, жених и тысяцкий заходили за стол, где стоя требовали с поклоном невесту: «Давайте скорей, снаряжайте поскорей»126. Имеющийся материал позволяет говорить, по крайней мере, о трех устьцилемских вариантах вывода(передачи) - выданья невесты жениху. Вопрос о существе брака волновал беспоповцев, и не исключено, что зафиксированный ранний вариант благословения молодых является одним из пережитков учения о бессвященнословном браке, в которое привнесены элементы местных обычаев. Ритуал сходен с рукобитием: отец выводил дочь, накрытую платком в центр комнаты, под матицу, благословлял ее караваем хлеба с воткнутой в него сверху небольшой иконой. После этого за платок передавал дочь свату, тот жениху, а родители спрашивали его: «Люба ли?». «Люба не люба, да судьба привела», - отвечал он. Далее крестный жениха и отец невесты, жених и невеста соединялись друг с другом правыми руками через платок. Пары становились таким образом, чтобы их руки образовывали крест. Один из участников сватовства - грамотный (позднее сват), находившийся в это время в красном углу, произносил «Господи, благослови», и пары разъединяли свои руки. С этого момента брак считался состоявшимся. Невесту вновь закрывали тем же большим платком и оставляли рядом с женихом. Крестный и родственники жениха одаривались платками, все присутствующие молились и садились за стол, где закрепляли договор уже традиционным распитием браги. Жених и невеста на обручении пили из одной посуды. В 1920-е гг. обряд проходил в сокращенном виде. В доме разговор с родителями невесты заводил сват, сразу требуя ее вывода к гостям. Но по обычаю лишь после третьего требования отец невесты выводил ее за платок, которым была она накрыта на заручении, и по ходу солнца заводил за стол, где передавал дочь жениху, спрашивая будущего зятя: «(Имя, отчество жениха), будешь ли свою молодую жену поить, кормить, почитать?». 248 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=