В быту каждый член семьи имел отдельную посуду, которой пользовался дома и с которой ходил по панафидам (панихидам). С 50-х гг. XX в. утрачивается старая традиция соблюдения “своей посуды” и возникает новая: в каждом благочестивом доме, где служат поминальные службы, держат специальную посуду для поминальных трапез (эмалированные миски, кружки и деревянные ложки). Ее используют только в этом случае и хранят отдельно от посуды, используемой ежедневно. В прошлом религиозные правила допускали пользование общей миской лишь детям до пяти-семи лет (как “бесполым”, “чистым”).^ Отдельная посуда появлялась у подростков, приобщавшихся к староверческим правилам. В.Ненароков приводит, например, такой диалог с мальчиком: “Да что ж ты хлебова-то не ешь? С братом-то что не хлебаешь?” “Не приходится мне с братом из одной чаши хлебать, брат меня раньше староверить начал”.92 В каждой семье имелась посуда для иноверцев, которую хранили отдельно, обычно за печкой. В прошлом после первого использования ее выбрасывали, позднее уже сохраняли, но мыли отдельно от староверской, с чтением Исусовой молитвы.93 Строгость предписаний распространялась и на правила ухода за личными вещами/предметами быта. В комплектность “мирской” посуды переходили чаши и кружки истых, изъятые у староверов из-за небрежного обращения с ними. Так, запрещалось оставлять на столе не мытую посуду на ночь, поскольку считалось, что шишки (черти - ТД.) будут вылизывать остатки пищи из нее, а сама посуда станет уже непригодной для дальнейшего использования. Позднее, замечают информаторы, грязную посуду мыли утром с Исусовой молитвой, но начинали пользоваться ею лишь на следующий день?4 Строго соблюдали староверы и правила пользования другой утварью: для мытья полов, лавок, подлавиц - часть стены от пола до окон; для мытья в бане тоже имелась отдельная посуда: каждому делу свой котел, говорят устьцилема. 46 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=