старэвэралэн волэм. Олыштас Да бор локтас. Батис ся абу лэдзема. Зэв скор пиянгс вылэ старэвералэмсид. Пуж вывт^ керка местасэ Кар- пис боръема: кон пужйис абу. Эсся лысва воДзин гырничьяс гугеДэма да улас ниген тэчема. Кон нигетс кос, сэтче керкасэ панэма. Паськед- чема тай сэсся: Карп му, Карп тыла, Карп гумла, Карп куръя, Карп коз весиг волн Ме Карп козйислгсъ мырсэ на помнита. Тубиртэ волэм еджид Дора пие образъяссэ да нигаяссэ да коз улас юрбитш ветлэ. Ёна тодлэма. Висътавлэма сэк шн: вовас пе кад, мужик и баба гача- эсъ ловаст, торъедш он верми; корт кайяс пе лэбоош кутасш; корт черанъвез пе став мусэ гартас. Ся Иватс локтас Сибирсид да, муис ВолыНнас оз сюр, ыстасш Баддёллъылэ. А Прокоис локтас дай, весиг Баддёллъывсид муид оз сюр. Мун пе Пузлаэ, сэн толъке нёлъ вок на ий овмедчиснн Торан. Баддёлъйывса Епим Иван чукаргс ий Пузласа Епим Проко чукаргс миянл^ зэв на ий родня» (Дед мой Карп, говорят, двадцать пять лет в Кронштадте матросил, на самом деле лет восемнадцать, наверно, но так уж говорят: двадцать пять. Женился еще во время службы. Дочь родилась и умерла там. Вернулся домой, и братья позвали в Сибирь на хлебные земли. Там Прокопий и Иван старове- рили. Пожил и обратно вернулся. Отец не пустил. Очень злой был на сыновей за староверство. По заморозку Карп-то место для дома выбрал: там, где инея нет. Затем до выпадения росы горшки перевернул и внутрь овечью шерсть положил. Где шерсть сухая <отметил места, где шерсть не отсырела>, на том месте дом поставил. Ну и расширился потом: Карпова пашня, Карпова подсека, Карпово гумно, Карпова курья, Карпова ель даже была. Я еще пень помню от Карповой ели. Заворачивал, оказывается, образа и книги в холстину и молиться ходил под ель. Сильно знал. Тогда уже говорил: придёт время, мужики и бабы будут в штанах, <друг от друга> не отличишь; железные птицы будут летать; железная паутина всю землю опутает. Потом Иван из Сибири вернулся, земли в Вольдино не нашлось, отправили в Бадьёльск. А Прокопий вернулся, даже в Бадьёльске земли не нашлось. Иди, говорят, в Пузлу, там пока только четверо братьев поселились. Места хватит. Бадьёльский род Ивана Ефимовича и пуз- линский род Прокопия Ефимовича нам ещё очень даже <близкие> родственники) (ПМА. Уляшев И. Н.). «Тэ тай Епим Карптэ висъталан, тан снлэн вокис волэма, Епим Проке. Прокелэн чипес пасгс вОл^ крестас кулэм борас. Епим Проке- ислэн куйим ныл воллэма куш, пиис абу: Домна да Даръя да Любова. 28 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=