Историческая память и культурное наследие: региональный опыт и практики политики памяти

кор кутшом луныс волома. Ставыс по гижоДъяс воланы, рукописнойяс эмось, но молитвенникъяс быттьо сто, разнойполос рукописной кни- гаяс волал^ны. СьоД чернилаон ли, тушон ли, оз тай мын-а, сэтшом быттьо сэтчо намертво гижома, чернила веД пачкайтчо, а тайо мый- онко гижома Да весиг оз пачкайтчы, коть и котасяс. Вот тетраДьяс татшом сьоД коркаа, тетраДьяс во/исны. книгаяс во/исны. Оя Сибир- сьысь ваялома унаполос книга. ВОл^ зэв интересной книга, кутшомос историясьыД петкоДлоны, история учебникъясаД тай с).я горД черни- ланас, мича первой я букваяснас, кыз коркаа, кыз листъяса сэтшом, зэв мича гижоДа, пу корка кусо зэвтома кучикон, коркаыс сиктысьо Да Дзоляник ыргон крук эм, ая крукнас позьо сиптыны, гижома святойя- сыслысь оломъяссо» (Карп, говорят, взял от отца Ефима Петровича, вот знал, предсказывал заранее жизнь, будто, мол, по книге читал, и как он говорил, так и случалось, потом и Карп уже у него взял талант предсказывания, может Богом данное и есть. Уходил отсюда Карп совсем безграмотным, служил на флоте, русском флоте, в Архангельске, Кронштадте, Петербурге, потом там пятнадцать с половиной лет отслужил, читать-писать научился, затем поехал на хлебные земли в Сибирь, в Сибири принял староверие. За то, что староверие принял, отец сильно разозлился. Здесь же все в церковь ходили. В Сибири тоже там жить не смог, вернулись сюда, но шесть лет все же прожили. В Петербурге уже в Кронштадте семьей жил. Там дочь родилась, в шесть лет померла, вот, и он сюда вернулся, и отец домой не пустил. И он у чужих поселился, от чужих начал строиться. В одно утро в заморозки вышел и смотрит, где заморозков нет, там дом и поставил, и пашни сделал. Вот, славянскими титлами пишет-отмечает, когда какой день был. Все, мол, в записях было, рукописные были, ну молитвенники будто эти, разного рода рукописные книги были. Черными чернилами или тушью, не стирается, чернила ведь пачкаются, а это будто чем-то написано даже не пачкается, хоть и промокнет. Вот тетради в таких черных обложках, тетради были, книги были. Он из Сибири привозил разные книги. Была очень интересная книга, какие по истории показывают, как в учебниках по истории этими красными чернилами, с красивыми заглавными буквами, с толстыми обложками, с толстыми страницами такими, с очень красивым почерком, деревянная обложка обтянута кожей, обложка закрывается, и маленький медный крючок есть, тем крючком застегнуть можно, описаны жития святых) (ПМА. Уляшева П. А.). 30 Коми научный центр Уро РАН

RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=