деньги, просят купить папирос, конфет. Запомнить, кто дал деньги, кому ты передал на следующий день папиросы, невозможно. Отдаем, кому придется. Претензии не возникали ни разу, видимо, между собой разбираются. Проходили как-то практику на буровых на вершине Юкспора. Нам поручили затаскивать туда ящики с буровой дробью. Высота 900 метров. В день успеваешь затащить ящик, от силы два. Они тяжелые, по сорок килограммов. Тропка идет вдоль колючей проволоки, за ней строительная зона. Увидели заключенные. — Что там маетесь? Натаскайте к нам, на тележке поднимем до верхнего конца зоны. Мы рады. Ведь это 600 метров. Натаскали в зону несколько десятков ящиков, погрузили на платформу, которая курсирует на канате от подножья горы до высоты почти 600 метров, сгрузили наверху. Перебросили через колючку, спрятали в кустах. Потом носили из заначки потихоньку. Все-таки не 900, а 300 метров. Занесешь запас, потом своими делами занимаешься. Много приходилось сталкиваться с заключенными и в городе, и на рудниках, но конфликтов серьезных не было. Даже наоборот, они нам, студентам, иногда помогали. Хоть та же дробь. А однажды освободившийся зэк купил мне билет перед отъездом на каникулы. Самому мне к кассе было бы не пробиться — видимо, освободилась большая партия. Вдруг один из мужиков подходит ко мне, берет деньги и исчезает в толпе у касс. Я испугался. Отдал последние деньги, теперь пропадут. Уже хотел уходить. Но через час мужик появился с билетами для себя и для меня и со сдачей. Я был потрясен. Но однажды пришлось и серьезно пострадать. Было это в ту злосчастную осень пятьдесят третьего, когда объявили самую масштабную амнистию в связи со смертью Сталина. Мы только что вернулись с каникул, поселились в общежитии. Дали нам на пятерых блок из двух смежных комнат на первом этаже двухэтажного барака, очень удачный. Можно и собираться вместе, жить большой компанией, можно и рассредоточиться. И вот как-то вечером комнаты стали обходить военные и милиционеры. Всех предупреждали об одном и том же: — Будьте осторожны, волков завтра выпускаем. Мы только посмеялись — что у нас взять? Кроме формы нет ничего, некоторые даже чемоданом не обзавелись. Мы и комнат 96 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=