нее равномерно, но выбирал такие варианты, где надеялся встретить больше обнажений. Это речки, овраги, кюветы дорог. Расспрашивал у людей о карьерах, старых разработках, водных источниках, вообще интересных местах, включал их в маршрут. В маршрутах нужен помощник. Расчищать обнажения, копать шурфики и канавы, носить образцы. Да и вообще вдвоем веселее. Но вот с помощником теперь было сложнее. Все друзья работают в колхозе, осенью самая напряженная работа. И все же мой самый испытанный друг Толя Беляков при каждой возможности присоединялся ко мне. Переходы от обнажения к обнажению вдвоем проходили незаметно. Толя рассказывал об охоте, о деревенской жизни, я — о Кольском полуострове, экспедициях. Но частенько после тяжелой ночной смены, а Толя работал прицепщиком на тракторе, толку от него было мало. Пока я описывал обнажение, он засыпал на травке, и потом будить его приходилось более чем энергично. День за днем я исхаживал разные уголки района. Карта фактического материала покрывалась точками наблюдений и номерами обнажений, значками полезных ископаемых. А потом стали вырисовываться поля различных геологических образований: моренных отложений, межморенных суглинков, речного аллювия, меловых песков, юрских глин. Насколько мог, детально изучил открытое еще в школьные годы Мартынихинское месторождение железных руд. В сухих местах пробил до подошвы рудного тела (а мощность его невелика, не более метра) шурфики, мокрые места прощупал на глубину щупом. Оконтурил рудные залежи, которых оказалось две. Взял пробы руды, чтобы попросить техникумовских химиков определить содержание железа. Подсчитал запасы руды. Месторождение оказалось небольшим, если не сказать очень маленьким. Но именно такие месторождения служили нашим предкам для получения железа, и именно они составляли сырьевую основу северного железного пояса, охватывающего северную Русь от Новгорода через “железную” Устюжину на Печору. Впрочем, вернувшись в Кировск, я сразу, не дожидаясь обработки всех геологических данных, послал материалы по железным рудам в Москву, в Геолуправление. Их приняли как заявку на открытие месторождения, передали на проверку. И вот как- то приходит конверт из Москвы с официальной бумагой, в которой сказано, что Мартынихинское месторождение занесено в ка165 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=