Восьмилетка, конечно, дала кое-какой багаж знаний для будущей жизни, существенно дополненный тем, что добыл сам из разных источников. Более или менее системными были мои познания в области естествознания, истории. Слабоваты были математические навыки, и совсем плохо обстояло дело с иностранным языком. После войны игнорировать немецкий считалось среди мальчишек хорошим тоном, и никакие усилия учительниц не могли вдолбить его в наши невоспринимающие головы. Эти два школьных упущения — математическое и языковое — приносили мне потом немало трудностей и в учебе, и в делах: заштопанная дыра все же дырой и остается. Но самое главное — уверенность в себе — я приобрел: уже после восьмого класса, только вступив в шестнадцатый год жизни, я не боялся ее, был готов оторваться от семьи, выйти на самостоятельный путь. И когда подошло время, сел на поезд и отправился на Кольский полуостров, в Кировск. Школьные годы закончились. Закончилось и детство... Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=