исполняющим обязанности директора института М.В. Фишмана; распоряжение о передаче дел. Под каждым пунктом - личная подпись Ю.П. Ивенсена. Таким образом, ни филиальскому, ни республиканскому руководству не удалось уговорить Ю.П. Ивенсена продолжить работу в качестве не директора-организатора, а действующего директора Института геологии. Бюрократический консенсус в выработке формы увольнения был достигнут, но «улаживание» ситуации оставило оттенок раздражения у начальства и в «выпускной» характеристике от 10 июля 1961 г. появилась фраза: «Работу по руководству института ослабил в связи с неоднократной постановкой вопроса об уходе из филиала, что отрицательно сказалось на организации исследований». До этого все характеристики были исключительно положительные. Увольнение Ю.П. Ивенсена было утверждено приказом председателя Госкомитета Совмина РСФСР по координации научно- исследовательских работ П. Аброскина, в подчинение которому в то время были переданы все российские академические филиалы, лишь 7 октября 1961 г. Предлагалось в двухнедельный срок провести передачу дел от Ю.П. Ивенсена М.В. Фишману. Меня принимал в Институт геологии 19 июня 1961 г. уже М.В. Фишман, которого отозвали из экспедиции. Ю.П. Ивенсена я не застал, и приезжал ли он для окончательной передачи полномочий, не знаю. Я был в экспедиции, затянувшейся до поздней осени. Не застал Юрия Павловича и в последний его приезд в Сыктывкар в январе 1962 г. Все-таки не очень понятно, почему Ю.П. Ивенсен оставил Сыктывкар. Все приведенные им аргументы не серьезны для руководителя такого уровня и такого жизненного опыта, как он. Его не «выживали», а уговаривали остаться. Проблема с квартирой решалась элементарно: можно было «переписать» ее на жену или появляться в ней раз в три месяца, как делали все другие москвичи, не жившие уже в Москве. Сыктывкар был во много раз более уютным, обустроенным, культурным, благоприятным для жизни и доступным из столиц, чем Якутск. Здесь у него была прекрасная по тем временам квартира в престижном «доме под шпилем». Скорее всего, Сыктывкар просто не пришелся по душе Ю.П. Ивенсену, а может быть, он не хотел оказаться под давлением или в тени сильных фигур, авторитетно влиявших на исследовательскую политику в Институте геологии. Во всяком случае, сыктывкарский период был карьерным пиком в жизни Ю.П. Ивенсена. Приживись он здесь, мог выйти на 238 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=