В 1975 г. в Амстердаме проходил X Кристаллографический конгресс, на который мне удалось попасть в качестве научного туриста. Советская делегация оказалась очень большой и разношерстной: официальные делегаты, туристы, приглашенные. Удивила Нина Львовна Смирнова из МГУ. Она в первый же день на все карманные деньги купила огромный букет голландских тюльпанов и куда-то заспешила с ним. - Кому это такие прекрасные цветы несете, Нина Львовна? - Хочу Дороти поблагодарить. Я ведь здесь за ее счет, ее гость. Это участие в судьбе не очень-то известной тогда русской ученой заставило меня внимательнее присмотреться к нашей кристаллографической президентше. Выглядела она эффектно. Высокая, стройная, элегантная, в строгом, но нарядном платье, властная и внимательная при ведении заседаний, она резко выделялась среди кристаллографов-мужчин, захвативших президиум. Но особое восхищение вызывало ее трудолюбие. Дороти Ходжкин прославилась в первые послевоенные годы своими исследованиями структуры витамина О, пенициллина, инсулина, а за расшифровку структуры витамина В12 была удостоена Нобелевской премии. Исследования эти сложные, трудоемкие, объемные, требуют большого напряжения. А Дороти кроме того воспитала троих детей, вела преподавательскую работу. Когда-то у нее училась Маргарет Тэтчер, тогда она еще не была «железной леди». Говорят, что она довольно хорошо усвоила кристаллографию и химию, но талантливой ее Дороти Ходжкин не считала, отмечая отсутствие глубокого увлечения. Видимо, политика уже тогда выступала главной целью Тэтчер, однако она продолжала считать себя кристаллографом даже на вершине политической карьеры. Во время официального визита в Москву Маргарет Тетчер попросила познакомить ее с Институтом кристаллографии АН СССР. И наиболее впечатляющее оборудование свозили из всех секретных лабораторий в административный корпус, чтобы и показать уровень исследований, и не раскрыть деликатных направлений. О Дороти Ходжкин на конгрессе ходило много рассказов. Несколько необычными для англичанки были ее участливость и, что важно, интерес к кристаллографии в другом мире, на Востоке. Она неоднократно была в России, Индии, Китае. Кстати, она, по сути дела, открыла для научного мира кристаллографический Китай. В семидесятые годы Китай изображался средствами массовой информации какой-то нелепой и непонятной 84 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=