земельская тундра с не меньшим правом, чем Карелия, может называться страной голубых озер. Среди этой пестроты резко выделяется огромное, насколько хватит глаз, озеро, вытянутое с севера на юг, с низкими изрезанными берегами, поросшими ивняком, с зелеными островками. Длина озера более десяти километров, ширина — около трех. Вблизи на зеркальной глади воды, не нарушаемой мелким дыханием ветерка, видны многочисленные черные точки. Это утки. Иногда они срываются в воздух и, пролетев немного, снова садятся. Совсем близко у берега важно проплыла и скрылась за островком пара белоснежных лебедей. То здесь, то там по воде расходятся круги. Это плещется рыба. Даже отсюда, с берега видно, насколько богато озеро дичью и рыбой. И как бы в подтверждение этому далекодалеко, на восточном берегу озера белеют свежим тесом два рыбачьих домика — рыбхоз Харбей. Мы долго смотрели на озеро, пока один из водителей не нарушил молчание: — Интересное это озеро — Харбей. Во всех других озерах трава желтеет, умирает. Умирает и рыба без воздуха. А здесь хоть зимой, хоть летом рыбы полно. Ненцы говорят, что дышит озеро. У него есть «пуповина», и через нее озеро связано с морем. Во время отлива вода в озере крутится и убывает, и даже затягивает в пуповину лодку, а потом эти лодки выбрасывает на берег моря. Конечно, это чепуха. Видно потому вода здесь не умирает, что все время освежается. В Харбей впадает много речек, а вытекают Сейда, Харбейтывис, другие же озера как блюда, вода в них застойная. И рыба, которая попадает в них во время весеннего разлива, гибнет зимой. Тропка, по которой мы раньше ехали, уходила в сторону, и дальше нам надо было двигаться прямо по тундре, по азимуту. Взобравшись на кабину тягача, мы наметили по геодезическим знакам-вышкам дальнейший путь вдоль западного берега озера, и моторы вновь взревели. Так как двигались по целине, скорость пришлось немного сбавить. Все мы восхищались проходимостью этих машин. Тягачи спокойно брали крутые склоны, форсировали речки, пробивались через густые заросли ивняка, подминая под себя упругие стволики, просто «проплывали» по топким болотам, оставляя позади черный глубокий след, на глазах заливающийся водой. Машины не чувствовали -27Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=