Купание нас очень освежило, возвратило бодрость и хорошее настроение. Захотелось есть. Пора было начинать походную жизнь, обеды у костра. Первым вызвался дежурить Володя. Он пошел рыться в продуктах, Волька стал ему помогать, а мы с Мишелем взяли топоры и пошли заготовлять дрова. Наши палатки стояли у самого берега речки, на первой надпойменной террасе. Вокруг — почти непроходимые заросли ивняка, среди кустов попадаются настоящие деревья с толщиною ствола у комля 10—15 сантиметров. Георгий Александрович посоветовал нам рубить эти деревья. Мы не поверили, что они будут гореть сырыми, но все же принялись за дело. Весело застучали топоры, полетели щепки, подминая мелкий кустарник одно за другим падали деревца. Через полчаса около палаток уже высилась поленница свеженарублен- ных и наколотых дров, поблескивавших не успевшей еще сморщиться гладкой ярко-зеленой корой. Георгий Александрович отрубил несколько щепок от одного из привезенных нами бревен, сложил их конусом, обложил ивняком, подбирая вначале тоненькие веточки, а потом, кладя на них все более толстые, вплоть до поленьев, и поджег. Затрещал костер. Пока горели сухие щепки, подсохли и загорались тоненькие веточки, постепенно пламя перебралось и на толстые поленья. Чтобы дрова все время подсыхали, выложили из них вокруг костра круговую стенку, в которой костер горел, как в колодце. Оставалось лишь сбрасывать время от времени поленья в центр кольца, в костер, и достраивать стенку из новых поленьев. Дело не хитрое, но костер горит все время ровным, очень жарким пламенем. Володя зазвонил ложкой о миску, созывая всех на обед. Расселись кружком, покрыв один из ящиков клеенкой, и Володя начал торжественно обносить всех мисками с супом. Суп, а за ним и каша, оказались исключительно вкусными, и пообедали мы с большим аппетитом, не оставив в котлах ни капли. Правда, несколько портили настроение при обеде комары. Несмотря на демитилфталат, мы никак не могли избавиться от ощущения «комариного давления». Пришлось надеть накомарники и отгородить лицо от кровопийцев плотной черной сеткой. Но через сетку весь мир кажется в клетку, теряется реальность восприятия предметов и, кроме того, душно, страшно душно. Комары лезли в миски, тонули в супе, вязли в каше. Мы не могли -30Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=