Коми научный центр Уро РАН Вотон аддзыны зэв шогмо Вотсб перйигбн мужикысь Комын куимысь тай кучкис Становой — эз комын кыкысь! Вотон аддзыны зэв шогмо Мый кор шог миянбс суис Суддьялы ми кызь шайт вбзйим, «Вит ур содтб на по» — шуис. Во сне увидеть возможно, Как вытаскивая налог у мужика Тридцать три раза ударил Становой — не тридцать два! Во сне увидеть возможно, Что, когда пришло к нам горе, Мы предложили судье 20 рублей, А он сказал: «Добавьте 5 копеек!» (Куратов, 1979, с. 83) Все строфы стихотворения представляют собой различные эпизоды проявления человеческой низости, порока или унижения человеческого достоинства со стороны власть предержащих. В заключительной строфе лирический герой сообщает, что обнаружить всё это наяву боязно, а сон покажет как есть на самом деле. Очевидно, что обличительные темы, заявленные Куратовым в стихотворении Менам муза «Моя муза» и воплощенные в сатирическом цикле, звучат злободневно и сегодня, однако они не только не исчерпывают всего диапазона поэтического творчества коми поэта, но даже отражают только один из аспектов его литературной позиции. Куратов не стал ни поэтом-сатириком, ни критиком режима: и до, и после казанского периода в его творчестве всегда находилось место философской и любовной лирике, он с любовью писал о коми народе, размышляя о его исторической судьбе. В плане творчества казанский период жизни для Куратова характерен интенсивностью поисков новых направлений поэзии. С одной стороны, в его творчестве продолжается и получает дальнейшее развитие крестьянская тематика, с другой стороны, в его стихотворениях появляются новые, нехарактерные для раннего творчества элегические мотивы, сатирические произведения, эпиграммы, лирика гражданского и любовного звучания. Тема крестьянского мира раскрывается в стихотворениях Синтдм полъо «Слепой старик», Пдч «Старуха», Шудтдмяс «Несчастные»; в небольших любовных стихотворениях Зевс! Тэ ас выло коль менд «Зевс! Оставь меня», Тэкдд донъясьны «С тобой торговаться», Эг лосявлд «Ссора» и др. поэт будто бы продолжает лирический диалог с Сандрой (Александрой Поповой), оставшейся в Усть-Сысольске, в то же время появляются лирические размышления о жизни и смерти: Турдб «Метель», 1866 во петггдн «Уходящему 1866 году», Дзебангнын «На кладбище». В Казани Куратову впервые открылся Восток, и он не мог пройти мимо шедевров мусульманской культуры. Сохранились его переводы II и С1Х сур Корана, двух стихотворений Рудэки. В то же время Куратов переводит на коми язык стихотворения А.С. Пушкина, Кольцова, Сырокомли, Шиллера, 221
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=