Глава 2. «Хватание Ильинского мяса»: от ритуальной действительности к сюжетообразующему мотиву преданий об Ильине дне в селе Ношуль 101 Прилузского района Республики Коми легендарного) опыта коллектива и в обеспечении его внутренних связей через его историю, равным образом и связей со своей территорией и своими предками. В более широком плане предания соотносятся с исторической памятью этноса (этнической, локальной группы и др.) и в этом своем качестве заключают, помимо всего прочего, некий познавательный материал и воспитательное воздействие» [Путилов, 2003: 83]. «Культурологический» подход к преданиям, когда последние рассматриваются «не как отражение реального мира, а активный инструмент его конструирования» представлен в монографии С. А. Штыркова «Предания об иноземном нашествии: крестьянский нарратив и мифология ландшафта (на материалах северо-восточной Новгородчины)». Подробно рассмотрев развитие теоретических подходов к изучению преданий, автор обозначает принципиально иной взгляд на исторические предания, которые рассматриваются не как информация (информативная функция), а объяснение местных ландшафтных особенностей (практики почитания местных святынь). Выделяя в качестве жанрообразующих признаков исторического предания указание на время (достаточно неопределенное «давнее прошлое») и место действия (географическая приуроченность к селу, озеру, горе, дому), исследователь дает следующее определение жанру: это рассказы «о событиях, которые произошли во времена, осмысляемые как находящиеся вне актуальной памяти рассказчика и его современников, но в пространстве ему хорошо знакомом, событиях, приведших к возникновению актуально существующих (или недавно существовавших) локальных явлений». Среди типичных характеристик преданий указываются: наличие узнаваемых имен персонажей, «этнонима и квазиэтнонима», «отсутствие морализаторского пафоса» и демонстрация рассказчиком веры в то, что все было так или примерно так, как он рассказал. Автор определяет «историческую память коллектива не как отражение в сознании носителей культуры исторических фактов, но как динамический процесс конструирования смыслов, придаваемых ныне существующим реалиям» [Штырков, 2012: 52]. Выделение подобной функции преданий смещает исследование в область прагматики фольклора. В рамках прагматического подхода «фольклорный нарратив рассматривается не только как текст (имеющий тематические, структурные параметры), но и как акт коммуникации (и тогда в аналитическое поле входят рассказчик и слушатели, их статусы и роли, преследуемые высказыванием цели и производимые эффекты). С коммуникативной, прагматической точки зрения, рассказывание признано актуальной социальной практикой» [Веселова, 2001: 10]. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=