МАТЕРИАЛЫ ПО АРХЕОЛОГИИ ЕВРОПЕЙСКОГО СЕВЕРО-ВОСТОКА 2026 ВЫПУСК 22 относившейся к результатам своей работы1. Но и явного стремления сделать научную или административную карьеру в ней тоже не замечалось. Тем не менее она всегда была поглощена какой-то конкретной научной задачей, будь то типология керамики, древние миграции или реконструкция древнего мировоззрения. В общем, по моему убеждению, судьба Лидии Ивановны - благодатный объект для изучения гендерного фактора в отечественной науке, прежде всего проблемы стигматизации женщин-ученых (Пушкарева, 2012). Работа над данной статьей, напрямую связанной с полевой биографией Лидии Ивановны, потребовала обращения, прежде всего, к ее научным отчетам. 20 лет назад при подготовке издания археологической карты Каракулинского р-на Удмуртской Республики (Голдина, Черных, 2011) я обратилась к Л. И. Ашихминой с просьбой прояснить некоторые вопросы по исследованным ею памятникам, и она выслала часть своих материалов (чертежи, рисунки вещей, описания памятников и раскопов) о раскопках в Удмуртии (Ныргындинские I, IV и Вятское городища). Кроме того, научные отчеты Л. И. Ашихминой о раскопках Зуевоключевского I городища сохранились в архиве Учебного кабинета кафедры истории Удмуртии, археологии и этнологии Удмуртского госуниверситета, как и коллекция 1975 г. Указанные материалы, а также научные публикации, почти всегда завершавшие ее полевые исследования, позволяют в целом достаточно полно восстановить траекторию ее полевых маршрутов в Прикамье и их результативность (рисунок; таблица). Лидия Ивановна Ашихмина периода конца 1960-1970-х гг. - это увлеченная и последовательная ученица В. Ф. Генинга, неутомимый исследователь-практик и удачливый археолог. Впрочем, думаю, мои коллеги непременно скажут, что так можно высказаться о каждом из когорты исследователей тех лет. И будут совершенно правы. Время в археологической науке было такое! 1 По воспоминаниям уфимского профессора В. А. Иванова, когда в начале 1970-х гг. они с И. Б. Васильевым, руководившим тогда московским отрядом НКАЭ, воспользовались случаем навестить коллег, раскапывавших Зуевоключевскую стоянку и городище, посмотреть археологические находки непосредственно на месте, столкнулись со стойким нежеланием Лидии показать им эти самые материалы. Предлогов для отказа было высказано несколько. Хотя время в свердловском отряде молодые люди провели очень весело. Хронология и география полевых работ в Удмуртском Прикамье Лидия Ивановна Ашихмина училась в Свердловске в то время, когда в Уральском университете сложился крупный научный археологический коллектив под руководством В. Ф. Генинга. Их выпуск 1971 г. можно с полным основанием назвать звездным: В. И. Стефанов, Л. В. Генинг (Чижова), В. В. Одинцов, Н. В. Федорова (Мельникова, 2003, с. 94). В 1968 г., когда имя Л. И. Ашихминой впервые упоминается в связи с археологическими исследованиями в Удмуртии, они завершили 2-й курс обучения. А это значит, что уже определились с выбором траектории своей профессионализации2. Постановка и решение научных проблем, стоявших перед археологами Прикамья и Поволжья, оказались во многом возможны благодаря организации крупных археологических экспедиций. 1968 год был первым годом работ Нижнекамской археологической экспедиции (НКАЭ), созданной в Институте археологии АН СССР с целью проведения спасательных (в те годы - новостроечных, или охранных) археологических работ в зоне планируемого строительства Нижнекамского водохранилища. Объемы работ предстояло выполнить огромные. Для реализации задач, как писал руководитель Нижнекамской экспедиции О. Н. Бадер, были сформированы пять отрядов, в основном на базе местных научных организаций (Бадер, 1972; 1981). Руководство Удмуртским отрядом было поручено В. Ф. Генингу, опытнейшему полевику и ученому, научная биография которого была тесно связана с Удмуртией и ее археологическими памятниками (Мельникова, 2003, с. 55-83; 2004). Костяк отряда составили сотрудники и студенты Уральского университета и Удмуртского пединститута. Опасения утраты большого количества памятников Прикамья вызывали необходимость копать особо значимые из них большими площадями, а это требовало от руководителей исключительного доверия к ученикам, которым поручалось проведение не только разведочных работ, но и раскопок. Как было принято еще во времена работы Удмуртской археологической экспедиции (1954-1956), итоговый отчет, сдававшийся в научный архив Института 2 В Уральском университете специализация по археологии тогда начиналась на втором курсе (Мельникова, 2003, с. 91-92). 138 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=