почти все поголовно занимается оленеводством. И в оседлых, и в кочевых хозяйствах ненцев олень является главным объектом забот, главным богатством. Без оленя нескончаемые пространства тундры оставались бы на пустынном положении, в роли мертвого капитала, ибо пищу, одежду, обувь, средства связи в тундре дает он — ветвисторогий олень, нетребовательный к уходу, выносливый, полудомашний „зверь". Ценность этого „зверя** северянин понял тысячу лет назад, и с тех пор олень завоевал прочное место в хозяйстве стран, лежащих у вод Северного Полярного моря. Теперь в Норвегии, Швеции и Финляндии оленеводческие хозяйства имеют около 600 тысяч оленей, европейский и азиатский север СССР — до 2660 тысяч. Наша страна могла бы иметь оленье поголовье втрое больше, если бы не техническая отсталость нашего оленеводства. Об этом красноречиво говорит опыт американской Аляски. До 1891 года домашних оленей там не знали. В указанный год из России завезли туда первый десяток оленей. К 1902 году число их дошло до 1280. А теперь в Аляске их полмиллиона. Ягельные угодья советского севера позволяют увеличить наше оленье стадо до 20 миллионов голов. Страна, строящая социализм, не проходит мимо этой проблемы. Советская власть и коммунистическая партия помогают туземному населению от неустойчивого мелкого хозяйства перевести оленеводство на социалистический путь. В известном постановлении Центрального комитета ВКП(б) „о развитии социалистического животноводства" была поставлена задача — довести поголовье оленьих стад к январю 1932 года'в оленеводческих совхозах до 200 тысяч голов. Был создан специальный совхозный трест „Оленевод". В 1932 году численность совхозных стад превысила 200 тысяч голов. Управление одного из этих совхозов находится здесь, в Нарьян-Маре, и ознакомлению с ним мы уделяем первое внимание. Знакомимся, и тундра вырисовывается перед вами не мертвым пятном московской карты, а живым куском народного хозяйства. И Большеземельская, и Малоземельская тундры — мы видим по карте — во всех направлениях исхожены ветеринарными экспедициями, снаряжавшимся почти ежегодно, начиная с 1888 г. Прежде изучение велось „вообще": писались доклады, печатались ученые труды, и много раз упоминались беспомощность, некультурность, обреченность „самоеда". Проходили десятилетия, а сам обитатель тундры не видел в итоге этих „попечений" о нем ничего, кроме нового обирания, спаивания и урядницко- 110 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=