скаго “прохода” с Амура в “Никанское (Японское) царство”, причем оговаривается, что в Китайское государство этим путем якобы нельзя пройти “за льдами”... Также интересны статьи о Мунгалии (ст. 19) и Китае (статьи 20, 21 и 22). Статья 20-я специально посвящена “Китайской городовой стене”. В 22-й статье кроме Китая речь идет о городах, лежащих “за Китайским царством” (“город Квинза” и проч.), здесь же упоминается “Индейская земля”, и проч.» [9]. Третий главный источник «Чертежной книги» Ремезова - «скаски» сведущих людей. Этим источником автор пользовался, по-видимому, очень широко: не один раз он говорит о нем. Н.Н. Оглоблин подробно приводит сведения о встрече С. Ремезова и В. Атласова. В 1892 г. выходит статья Н.Н. Оглоблина «К биографии Семена Ремезова», в которой показано настоящее отчество картографа - Семен Ульянович Ремезов, и здесь же помещен автограф автора. В 1890 г. в продолжении описания процесса освоения Сибири Н. Оглоблин публикует статью [10], посвященную положению женщин в то время. «Не мудрено, как сильно грубели в такой обстановке сердца этих отважных “землепроходов” и как жестоко отзывалась на бедных инородцах загрубелость русской служилой, промышленной и всякой иной голытьбы... Кто знает, какими путями пошла бы русская колонизация Сибири и, какой характер она приобрела бы, особенно в отношениях к инородцам, если бы среди русских первонасельников этого края люди семейные преобладали над безсемейною вольницею. Но, к сожалению, первых было меньшинство среди того русскаго люда, который в XVII веке стремился в Сибирь. Русская женщина и доселе более мужчин привязанная к земле “отцов и дедов” и менее подвижная, не охотно шла в XVII веке в Сибирь и была там сравнительно большою редкостью. Неудивительны после этого слезныя “челобитныя” русских людей, заброшенных в Сибирь и не нашедших здесь подруг жизни, чело- битныя о высылке к ним русских “гулящих женок” (гулящих не в нашем обидном смысле, а в смысле свободных, вольных). Именно с такими челобитьями обращались к царю в 1627 и 1630 гг. енисейские “пашенные крестьяне из ссыльных людей”. Челобитныя их настолько любопытны, что над ними стоить остановиться подробнее». Н.Н. Оглоблин приводит примеры таких челобитных. Большая часть женщин, с которыми служилые люди заключали браки, были инородки. Н. Оглоблин делает следующее заключение: «Нет нужды распространяться о том, какую позорную роль приходилось им (местным женщинам) играть у своих владельцев. Инородцы хорошо это понимали и не могли 91 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=