Военно-исторические изыскания на Русском Севере: глобальное в локальном преломлении. К 50-летию военного историка С.А. Гладких

о том, что они находятся на государственной службе и получают жалование в том же размере, как и рядовые стрельцы, и т. д. Определенную информацию о размещении лоцманских постов несут морские карты XVII в., на которых изображены фарватеры в дельте Северной Двины10. Других сведений о корабельных во- жах, тем более о взаимодействии корабельных вожей и стрельцов при встрече иностранных кораблей, из этих источников почерпнуть нельзя в силу их характера, не предусматривающего развернутых сведений. Рассмотрим, что нам известно о взаимодействии стрельцов и корабельных вожей в первой половине XVII в. Здесь мы должны отметить, что первые на сегодняшний день свидетельства о выходе стрельцов в море, причем для несения караульной службы, относятся к 1635 г., когда на севере появляется иноземный корабль с вооруженными людьми, которые разграбили двинскую и каргопольскую лодьи и искали лоцмана, чтобы идти к Архангельску. Об этом в августе 1635 г. кольский воевода Дементий Кафтырев известил руководство на Двину. Соответственно, эти сведения были донесены в Москву, откуда последовало распоряжение, чтобы «на море и в становища для вестей посылали сотника стрелецкого, а с ним стрелцов человек по сороку и по пятдесят»11. Однако о проведении досмотра торговых иноземных кораблей и выезде стрелецкого караула вместе с корабельным вожем для встречи иностранцев речи в данном документе не идет. Наиболее раннее на сегодняшний день свидетельство об организации досмотра иностранных судов на стадии прибытия лоцмана на корабль относится к 1664 г. Царским указом в этом году предписывалось проведение расспросов на голландских кораблях о моровом поветрии. Опросу подлежали торговые иноземцы, корабельщики и кормщики. Соответственно на корабли, одновременно с корабельным вожем, выезжала группа досмотра. В нее входили подьячий съезжей избы, переводчик и группа стрельцов из шести человек12. Опубликованных же сведений по интересующему нас вопросу, относящихся к первой половине XVII в., пока обнаружить не удалось. В этой ситуации, на взгляд автора, весьма важное значение для истории архангельских корабельных вожей имеет ранее не публи16 Коми научный центр Уро РАН

RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=