на период переселения староверов было большинство, семья являлась единственной средой, где формировался празднично-будничный ритм жизни, поддерживались и развивались религиозные традиции, вырабатывались правила общения с иноконфессиональным окружением. Семейные ценности следует рассматривать важнейшим условием сохранения веры, транслируемой через систему воспитания и демографическое поведение (главенство отца, ответственность за домочадцев, негативное отношение к разводам и др.). В целом, для усть-цилемской семьи, её устройства, были характерны как общие черты, свойственные русской семье, так и местные особенности, в которых наряду с конфессиональными традициями значительное место отводилось этническим. В советскую эпоху, когда государство превратилось во врага религии, а усть-цилемская идентичность и конфессиональные традиции поддерживались в основном в семье, роль «дедовой старины», касавшейся не только религиозных предписаний, но и культурно-бытовых особенностей, существенно возросла, и именно этот инструмент позволил сохранить как групповую идентичность, так и конфессиональные особенности устьцилёмов. Воспроизводство жизни — продолжение рода — было одной из главных функций семьи, влиявших на постоянство и увеличение демографических показателей, в ином случае приводило к деформации и уничтожению общества. Репродуктивное и витальное, как и брачное поведение русского крестьянина определялось его взглядами на брак, семью, детей, среди которых важное место занимало религиозное осуждение и неприятие любых способов ограничения рождаемости: в XIX — начале XX в. усть-цилемские наставники за искусственное прерывание беременности на несколько лет отлучали женщину от соборного общения с наложением ей строжайшего поста. Наряду с традициями и нормами обычного права высокая рождаемость связывалась и с социально- экономическими причинами: получение дополнительного земельного надела, обеспечение семьи рабочей силой, межпоколенным транслированием трудовых традиций и навыков. Следующей важнейшей составляющей семьи было воспитание личности, в процессе которого формировались и транслировались ценностно-мировоззренческие установки, направленные на сохранение и воспроизводство конфессиональных и этнических традиций, обрядовой и поведенческой практики. Воспитание строилось на книжных знаниях и поучениях и личных примерах. С младенчества формируется определённый способ культурной идентификации, основывающийся на символах древле- церковной веры: двухперстном знамении, почитании восьмиконечного креста и икон старого письма, меднолитой пластики, земнопреклонении, духовных стихах, крюковом пении, добавленных введенными староверами предписаниями необщения в еде, питии и молитве с иноверными, составлявших в понимании староверов чистоту традиции. Но, несмотря на стремление к изоляции от мира, усть- цилемские староверы строили конструктивные отношения с иноконфессиональными соседями, выстраивая бытовые регламентации: опыт взаимоотношений подрастающее поколение получало в семье, когда иноверцам оказывалась духовная помощь и в то же время сохранялась и поддерживалась конфессиональная дистанция. Поучениями служат фольклорные тексты и рассказы, а также житейский опыт. Сохранению конфессии способствует и понимание устьцилёмами своей культурной отличительности и устремлённости к поддержанию позитивной идентичности внутри собственной культуры. Большое значение придавалось процессу обучения грамотности как важнейшему условию сохранения конфессиональной культуры. Обращает на себя внимание вырабатывание в XXI в. новых форм обучения при сельских школах, что свидетельствует о развитии культуры, стремлении к транслированию староверческих традиций и вовлечению подрастающего поколения в религиозную жизнь общины. Наряду с конфессиональными традициями регулятором семейно-бытового поведения являлись и архаические обычаи, кодировавшие этническую информацию, обеспечивавшую межпоколеную связь. Традиционные представления определяли и поддерживали порядок в семье, являлись важнейшим механизмом регуляции жизнедеятельности и трансляции культурного опыта. Коллективизм — это необходимый стержень сохранения конфессиональной общности. Понимание «купности жизни» также закладывалось в семье на примере трудовых и духовных традиций. Эти ценности прививались подрастающему поколению в процессе их социализации, когда происходило постепенное включение их в жизнь семьи и общины. В советский период, когда жизнь староверческой общины была практически свернута, трансляция культурного опыта, конфессиональных традиций происходила на уровне отдельных семей. По-прежнему высоко ценится родство, его поддержание связывается как хозяйственной необходимостью — получением помощи в делах, так и утверждением родов, семейных духовных и трудовых традиций, памяти предков. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=