225 В хороводах символически проживалось обновление жизни. Показательно и то, что узор горочного хоровода совпадал с орнаментом мезенских прялок — одного из древнейших орудий труда, являвшегося символом женского начала (особенно девичества)1. Орнаментика прялки и горочная композиция имеют единую последовательность расположения фигур: «И живописные изображения на прялках, и горочные фигуры хороводных построений в живом непосредственном воспроизведении исполнены мифопоэтических символов и являют собой структуру космоса ь отличие от бесструктурного хаоса, никогда не описывавшегося с помощью геометрических символов» 12. 1 Валенцова М. М. Прялка // Славянские древности. Этнолингвистический словарь /Под ред. Н. И. Толстого. М.: Международные отношения, 2009. С. 331. 2 Неклюдова Т. Поэтика северной «горки» ... с. 23. 3 Существовала примета, если к Иванову дню комары летали по вертикали — вверх-вниз, в народном понимании «комары толкут»,—это предвещало неурожайный год; если комары летали по горизонтали—вкруговую («месят»),—к урожайному году. 4 Заготовка первого стога сена к Иванову дню была чрезвычайно важным делом для усть-цилемских крестьян, поскольку с этим связывался успех не только всей сенокосной страды, но и благополучия на год. Согласно усть-цилемскому присловью «К празднику/к Ивану дню зарод — благополучие на год». Закреплению «успеха» были направлены молодёжные игры, устраиваемые в вечерне-ночное время: парни и девушки парами верхом на лошадях разъезжали по окрестным сенокосным станам (огнищам) и устраивали игрища. 5 Дронова Т. И. Локальные традиции в праздновании Иванова дня у староверов-беспоповцев Усть-Цильмы (конец Х1Х-ХХ1 вв.) // 2007. ЭО. № 2. С. 106-118. Развитие горки в советский и постсоветский периоды. Начиная с середины 1930-х гг. происходят стремительные изменения в жизнедеятельности усть- цилемских крестьян. Коллективное вовлечение в колхозы лишило крестьянство свободы, их естественного ритма жизни, а это предопределило изменения праздничнообрядового поведения и проведение хороводов: их начали водить дважды в год — на Иванов и Петров (12.07. н.ст.) дни, лишь вечером. Хранители традиций дают различные объяснения произошедшим трансформациям в обряде. В числе основных причин называется также неучастие в них молодёжи, которую на селе стремительно вовлекали в комсомольскую жизнь и ориентировали на строительство «светлого будущего», отвергая вековые традиции, которые характеризовались не иначе, как «отсталыми». В послевоенный период жизнь молодёжи в основном была сосредоточена в сельских клубах. Хранителями праздника становились люди зрелого, чаще старческого возраста, это привносило изменения в его проведение: утрачивались некоторые элементы обряда, изменялись правила игрового общения, из репертуара исключались песни, связанные с выбором пары, в иные годы в районном центре исключались некоторые фигуры хоровода. С каждым годом сокращалось число участников, что объяснялось отходом старцев от праздничноигровой культуры, рассматриваемой староверами как «греховной», и, как уже говорилось, в известной степени утратой интереса к хороводам у молодёжи. Люди среднего и старшего возрастов ещё в 1960-е гг. по-прежнему жили традиционным укладом и ценили традиционные обряды и обычаи выше «социалистических преобразований» на селе. Народный календарь играл определяющую роль в выстраивании их жизни: по Иванову дню прогнозировали погоду на лето и определяли урожай3; к этому дню созревали целебные и кормовые травы, называвшиеся иванские, ставили первый стог сена — зарод, который был как знаком начала сенокосных работ, так одновременно и символом благополучия в крестьянском мире4. В усть-цилемской культурной традиции накануне Иванова дня святому служили молебен (соборно и в частном порядке), просили заступничества в сохранении пасущегося на лугах скота и проведении сенокосных работ. Таким образом, приоритет празднования Иванова дня как вершины трудового года связывался, прежде всего, с хозяйственной деятельностью. Неслучайно именно этот день стал днём проведения завершающей горки, а в конце 1950-х гг. это был единственный день проведения хороводов. Устьци- лёмы, участвуя в хороводе, разделяли радость встреч и общения, входили в гармонию с природой, обретали силу на период уборочных работ и на год в целом. Вместе с тем, для жителей районного центра Иван день является заветным праздником. По преданию, здесь на холме был погребён местночтимый святой Иван — последний житель Тобышского скита, по которому в этот день на кладбище служили панихиду (см. об этом в 1 гл.)5. По воспоминаниям старожилов, у могилы Ивана собирались жители Усть-Цильмы и близрасположенных деревень. Со временем зародилась местная традиция: в этот день жители обходят все родовые кладбища Усть- Цильмы, кадят могилы,— Иван день стал днём поминовения усопших. В настоящее время именно к этому дню приезжают на малую родину устьцилёмы. Утром — «в чистое время дня» — они приходят на кладбища, где погребены их предки, а вечером встречаются с родными и знакомыми на горке. По причине неустойчивых погодных условий севера новым постоянным днём в проведении хороводных гуляний стал день святых апостолов Петра и Павла: «Мы Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=