29 шапку ‘жить, не обращая внимания на обидные пересуды окружающих'; подпорожный голик (презрит.) букв, ‘не хозяин в доме'. И только терпение, трудолюбие, хозяйственная сметка позволяли примаку становиться равным среди прочих женатых мужчин, а иногда и превосходить общественный статус мужей-хозяев семьи. Как и повсеместно, когда хозяин в семье становился залётным, т.е. входил в старческие года и утрачивал силу, главенство в отцовской семье переходило к старшему женатому сыну и его жене, в братской семье - брату по старшинству и его жене. Одряхлевший отец до тех пор, пока сохранял способность здраво мыслить (находился в уме), участвовал в разговорах на хозяйственные темы, советовал, но решения принимал сын. Первой помощницей хозяину была жена, распоряжавшаяся так называемыми «стряпными» делами, т.е. управляла всем женским коллективом и делами в доме (воспитание детей, уход за скотом, приготовление пищи, уборка и др.), сама принимала участие в труде, обучала дочерей и младших невесток ведению домашних дел. Мудрая хозяйка, стремившаяся сохранить в большой семье добропорядочные отношения, деликатно строила отношения и вводила в хозяйственную жизнь молодых снох, об этом свидетельствует присловье: «Дочери говорят, молодке знать велят», т.е. поучала дочь, а смышлёная невестка должна была принимать информацию к сведению. Женская работа по дому была трудоёмкой: «Баба около печи за день до десяти километров выходит»; «Бабья работа не видна, а ухвдит/пристановйт'». Хотя мужчины и иронизировали над женщинами, их домашним трудом, в трагической ситуации - смерти жены - всегда говорили: «Лучше обгореть, чем овдоветь: дом отстроишь, а жену не вернёшь»; многие проявляли неспособность к самостоятельному ведению хозяйства. К примеру, о сложности женского труда говорится в таком рассказе: «Один мужик жёнку хухнал", что ленива, а дома порядок всегда был: корову подоит, печь истопит, еду наварит. Пбрево"" всегда слито, дети обуты - сечину"" по дому делала. А она была боева и говорит: “Давай, мужик, поменяемсе работами. Я твою буду делать, а ты мою. Она сено привезла, сметала на поветь, а он никуды не поправилсэ: дом не ‘ Утомить. " То же, что «ухвоить», см. предыдущую сноску. ’ Хулить. Настой на сене для скот. .....Всё. мытой, дети голодны... И больше никогда не ругалсэ и с бабьей работой не оставалсэ»™. Традиционно женский труд в семье распределяли по ситуации: бывало невестка, преуспевшая в каком- либо деле, например, в приготовлении пищи или прядении, выполняла конкретную работу; на поздних сроках беременности женщину по возможности оберегали и не ставили на трудоёмкие работы. Тяжелее всего приходилось младшей снохе, на долю которой выпадало больше тяжёлой работы, например, по уходу за скотом, тогда как старшие занимались более лёгкими делами. В целом отношение к женщинам в доме было суровым, в случаях, когда жена не справлялась с порученным делом, муж мог наказать жену. Пребывание домочадцев в доме было подчинено внутреннему распорядку: старший в семье и женатые мужчины имели право в любое время дня сидеть в красном (переднем) углу, за столом или возле него, тогда как местом женщин был кут и место возле печи - здесь не только готовили еду, но и обрабатывали шерсть, пряли, вязали; возле печки подвешивали зыбку и нянчили детей, нередко одновременно занимались рукоделием, дети располагались на печке, полатях или возле входа: старики во время сна и бодрствования располагались на печке или возле неё, трапезничали в куту. Если мужчина занимался ремеслом, например, плетением корзин или делал заготовку для ложек, посуды, то такие работы проводились также возле печки с тем. чтобы мусор не разносился по избе. А расписыванием ложек, посуды, мебели занимались у окна, в красном углу: здесь же мужчины создавали рукописные сборники”” В повседневной жизни кроме приёма пищи женщины, дети садились за стол в досужее время: когда читали книги, обучались грамоте или играли в кости (бараньи) Как и повсеместно, порядок нарушался в праздничные дни, когда снимались социальные и этические запреты, и непродолжительно устанавливалось «перевёрнутое» состояние бытия: например, в обрядах, праздничном застолье главное место в доме - под иконами - предназначалось женщинам, мужчины занимали место в нижней части дома (от матицы к входной двери) или размещались в другой (обычно дальней) комнате. Переписывание книгяв^лялоьь исключительно мужсиим ремек- лом: «Копирование рукописей считалось сугубо мужской профессией, в противоположность Карельскому поморью (Выгу). где преобладал в переписке женский труд. Покойный А 0. Осташое на мой вопрос, почему на Пижме женщины не занимались списыванием рукописных книг, ответил: “Не бабье это дело'» См об этом: Малышев В.И. Усть-Цилемские рукописные сборники ХУ1-ХХ вв. Сыктывкар, 1960. С. 18. Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=