ризма А.И. Ландабасо и А.М. Коновалов пишут по этому поводу следующее: Философия терроризма как продукт экстремистского сознания неизбежно несет на себе печать мифотворчества. В результате социальная реальность приобретает искаженные, фантастические очертания. Фанатизм мифической «единственной истины» неудержимо ведет к мифологизации действительности... Экстремистская мифология не вполне беспочвенна, она имеет определенные объективные основания, но последние приобретают несоразмерные, гротескные, гипертрофированные масштабы. Идейный абсолютизм экстремистской социальной философии, неприятие всякого инакомыслия обусловливают дуалистический взгляд на мир, который оказывается бинарным, разделенным на абсолютное благо и абсолютное зло, представляет жесткое противостояние носителей «высшей правды» и тех, кто препятствует ее осуществлению..? Но и противники экстремизма, особенно религиозного, порой как бы навязывают обществу мифологизированные рецепты борьбы с тереереитической угрозой. Так, профессор Московской духовной академии А. Кураев после событий в Беслане опубликовал нашумевшую статью «Как относиться к исламу после Беслана?». В этой статье он, по существу, возложил вину за исламский терроризм, который противопоставляет мусульманские народы христианскому сообществу, на образованных мусульманских богословов — улемов, чьи трактовки Корана и создают идеологическое обоснование исламского терроризма. Фактически Кураев призвал к канонизации ислама, что противоречит самой сути этой религии, которая, по мнению специалистов, не имеет жестких религиозных канонов, равно как не имеет единого духовного лидера. Но и довольно рас- простррненные попытки объяснить рост исламского терроризма усиливающимся имущественным расслоением как в России, так и за ее пределами не очень убеждают, ибо прямой связи между терроризмом и экономическим благополучием нет, что доказывает анализ, к примеру, деятельности баскских экстремистов. Что же может способствовать понижению этнополитической еаппяжеееости? М. Хечтер в своем исследовании «Содержание национализма» так отвечает на данный вопрос: Националистический конфликт будет ослабевать только под воздействием трех типов условий: тогда, когда повышается цена коллективной акции в целом; тогда, когда снижается значение национальной идентичности; тогда, когда уменьшается потребность в национальном суверенитете 12. 1 Ландабасо А., Коновалов А. Терроризм и этнополитические конфликты. — Кн. I. Из истории басков. — М., 2004. — С. 15. НесИ1ег М. Соп1ат1Пё пайопаПигт. — ОхГогд, 2000. — Р. 134. 117 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=