продуктивна и не способна сегодня поставить препятствия на пути эскалации палестинского терроризма. Однако самое грозное свидетельство того, что корни этого конфликта иррациональны, можно увидеть, прежде всего, в том, что два космополитичных французских интеллектуала, выступающих адвокатами обеих сторон конфликта, не могут найти общего языка и прийти к согласию. Относительно арабо-израильского конфликта и форм реагирования на него международных политических институтов есть серьезные сомнения. Естественная необходимость и право Израиля защищать свое население от атак террористов в последнее время осуждены и международным судом в Гааге, и Генеральной Ассамблеей ООН. Но здесь мы опять имеем навязывание мнения большинства меньшинству. Очевидно, что многие государства при голосовании по данному вопросу исходят не из принципа справедливости и уважения естественных прав государств и народов, а из собственный политических соображений, из чувства солидарности с палестинцами и арабами в целом и т.д. Это в полной мере относится и к России, чья позиция исторически является проарабской, хотя именно СССР больше других способствовал созданию государства Израиль. Видимо, в решении таких сложных этнополитических конфликтов пора отказаться от попыток решить вопрос голосованием, а следует принимать специальные постановления, которые бы готовили группы независимых экспертов, а их реализацию ставить под контроль этих же экспертов. Вообще любое решение, касающееся урегулирования этнополитических конфликтов, должно, видимо, созревать сначала у экспертов, а потом рассматриваться политиками. Пример Югославии и Косово показал, что под лозунгом справедливости политики совершают ошибки и даже преступления (бомбардировка посольств, поездов с мирными жителями, заводов и т.д.), за которые никто не несет ответственности. Сама же этнополитическая проблема при этом не только не решается, но зачастую еще больше усугубляется. В этом случае не менее показателен и чеченский конфликт, международное внимание к которому велико и корни которого надо искать, как замечает В.А. Тишков, отнюдь не в сорокалетней Кавказской войне, которую вела Российская империя в XIX в. и не в сталинской депортации чеченцев. Корни конфликта заложены в иррациональных действиях российского руководства и не менее иррациональной позиции чеченских лидеров. Как крайняя форма этнополитического конфликта может рассматриваться этнический и религиозный экстремизм и терроризм. Он тоже иррационален и покоится не на каких-то реальных основаниях, а на мифотворчестве. Авторы солидного труда о природе терро116 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=