никами еще двух даргинцев, отказавшихся снять свои кандидатуры и тем самым облегчить ему путь к победе. Даргинские конкуренты Гамидова оттянули на себя не менее четверти голосов даргинских избирателей. Тем не менее Гамидов получил 45,3% голосов в округе, где доля даргинцев составляет всего 21% населения. На выборах в Государственную Думу РФ в 1996 г. по Махачкалинскому избирательному округу сложилась другая, но не менее примечательная ситуация. Здесь четыре авторитетных аварских лидера помешали друг другу победить на выборах и депутатом с 27% голосов стал представитель малочисленного лакского народа, впоследствии получивший скандальную известность Н. Хачилаев. Не менее показательные примеры есть и в других национальных республиках. Так, первым президентом Марий Эл на волне суверенизации был избран мариец В. Зотин. Но к концу первого президентского срока (1996 г.) он полностью утратил свой политический авторитет и пытался использовать в борьбе за президентское кресло этнические аргументы как главный инструмент предвыборной борьбы (в частности, знание претендентами государственных языков республики). Но это не помогло, а марийское и русское население республики дружно проголосовало против В. Зотина (он получил лишь 10% голосов), а за его основного соперника — русского В. Кислицина было отдано почти половина всех голосов (47%). На последующих выборах марийские кандидаты уже не пользовались заметной поддержкой населения. Противоположная ситуация сложилась в Республике Коми, где доля титульного населения почти в два раза ниже, чем в Марий Эл. В 2001 г. русского Ю. Спиридонова, который руководил республикой 13 лет, сменил коми В. Торлопов. Причем Спиридонов проиграл и в сельских коми районах, и в городах, где полностью доминирует русское население. Территориальное сообщество в целом уже не доверяло прежнему лидеру и желало перемен, а наиболее сильным соперником был спикер Коми парламента В. Торлопов, за которого и проголосовали избиратели. Стоит заметить, что Торлопов дважды избирался в состав Госсовета республики в столице Коми городе Сыктывкаре, а не в сельских коми районах, как некоторые другие национально-ориентированные политики. Этничность, несомненно, является важным политическим ресурсом, и ее активно эксплуатируют политики для завоевания и удержания власти, но в полиэтнических странах и регионах политические ресурсы1 этничности не безграничны, хотя серьезно возрастают в кризисные и переходные эпохи, когда какая-либо этническая группа ищет политическую опору в культурно близкой среде и лидерах, с которыми солидарны не только в политическом плане, но и в этнокультурном. Этичность становится необычайно востребована политиками на начальных этапах государственного строительства или после восстановления государстввнной независимости, когда идет активный поиск государст131 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=