дов, как считает американский ученый Э. Кисс, «определяются, по крайней мере частично, этничностью»1. Такие нации в его понимании являются «осознавшими себя политически, или политически мобилизованными, этническими группами». Подобная трактовка показывает, что граница между «этническими» и «национальными» политическими притязаниями может быть достаточно условной. 1 Кисс Э. Указ. соч. С. 165. Но осознавшие себя нациями этнические группы способны не только цементировать государственные устои, но и разрушать государство при определенных условиях. Одно из условий внутренней нестабильности — это этнический принцип построения государств. В Европе по этому принципу в XX столетии бьши построены три государства: СССР, Югославия и Чехословакия. Все они возникли или строились впоследствии как федеративные государства и все не дожили до конца столетия, что подтверждает тезис с том, что этнический принцип построения государства не способствует формированию общегосударственного сознания у жителей этнических провинций. Но и для того, чтобы жители этих провинций осознали себя нациями, тоже необходимы соответствующие условия. К примеру, в СССР в период горбачевской перестройки не республики Средней Азии и Кавказа сказались инициаторами сепаратистских настроений, а республики Прибалтики, хотя традиции государственности, казалось бы, более глубоки именно в среднеазиатском регионе и на Кавказе. Но все дело в том, что в современных границах ни одна из республик Средней Азии или Кавказа никогда не существовала как государственное образование (за исключением недолгого периода после Октябрьской революции, когда Армения, Азербайджан и Грузия получили государственную независимость и тут же были ввергнуты в пучину междоусобиц), в то время как после революции 1917 г. страны Балтии, среди которых только Литва имела прежде собственное государство, обрели государственную независимость. Именно это обстоятельство способствовало тому, что здесь титульное население стало прочно воспринимать себя как нация даже тогда, когда независимость была вновь утрачена, а потому политическая мобилизация этничности в Прибалтике происходила белее успешно, чем в других советских республиках, и этнический национализм оказался наиболее сильным. Построенная по такому же этническому принципу Югославская Федерация изначально имела больше шансов стать прочным государственным образованием, нежели Советский Союз, который в основном держался на жесткой тоталитарной политической системе. Нс внутренняя политика югославского руководства способствовала не росту интеграционных связей внутри государства, а пре37 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=