но, тут мы сталкиваемся с имевшим место иногда в силу определенных причин фактом двойного платежа. Это интересно тем более, что в приходной книге Новгородской четверти 1620/21 г. “раскрывается” эта недоимка в связи с посылкой денег с Вятки в Москву. “Котельнича города с пустых сошек и с рыбных ловель на 122-й год” 23 р. 57 к.; на 1614/15 г. 26 р. 79,5 к.; на 1615/16 г. - 16 р. 79 к.; “Слободцкого города мелких оброков семь денег” (160). Приходная же книга 1619/20 г. косвенно своим молчанием свидетельствует, что 1618/19, а может быть и 1617/18, были для четвертного налога годами безнедоимочными. Такими же были 1619/20 и 1620/21 гг. (161). Молчит о недоимках четвертного налога в период между 1620/21 и 1624/25 гг. сметный список вятских уездов 1624/25 г., что позволяет предположить в эти годы полную уплату налога, особенно в 1623/24 г. В 1624/25 г. вятчане уплатили четвертной налог сполна, так же и в 1625/26 г., и в 1626/27 г., и в 1627/28 гг. (162). Однако перенапряжение платежеспособности вятских тяглецов уже начало ощущаться. Недобор кабацких денег и таможенной пошлины старосты и целовальники объясняли тем, что “посацкие люди и волостные крестьяне и всякие торговые люди животы своими оскудели и обнищали, и на кабаках пити не почали” (Хлынов, посад и уезд); “посадцкие люди и волостные крестьяне оскудели и обнищали и разбрелись врознь” (Орлов, Котель- ничь, посады и уезды) (163). Правительство не смогло оперативно откликнуться на эти тревожные сигналы. В результате оно получило значительную недоимку и расстройство платежеспособности вятских тяглецов на достаточно длительный период времени. Этот период начался в 1628/29 г. В 1628/29 г. недоимка четвертного налога вместе с оброком “из воли” составила 109 р. 20,5 к. Причем недобор полностью относился к Волковскому стану тяглому и оброчному. Мы не имеем возможности выделить из общей суммы недоимку, относящуюся только к четвертному налогу, однако думаем, что она была значительной. Основанием для этого служит запись в приходной книге Новгородской четверти, объясняющая недобор. В документе мирские выборные власти и вятский воевода отмечали, что “тех (недоборных - М.М.) денег за пустотою взять не на ком, потому, с которых было крестьян те деньги взять довелись, и те крестьяне разбежались, а деревни свои пометали впусте” (164). Положение ухудшалось с каждым годом. Сохранившаяся ооспись 1632 г. рисует безотрадную картину со сбором четвертного налога на Вятке (суммарный оклад с оброком “из воли” и деньгами за пермское ямское строение). В Хлыновском, Орловском и Котельницком уездах на 31 марта 106 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=