лились вдоль морских и речных путей, ведших в Сибирь и далее на восток. Немногие, иногда полуфантастические сведения, чаще всего опросного характера, помещенные в работах иностранных путешественников и дипломатических представителей при Московском дворе,— вот все, что знал цивилизованный мир Западной Европы о тундрах России до XVIII ст. Более осведомлено было Московское правительство из донесений казаков и служилых людей, в XVII ст. прошедших Сибирь до Тихого океана. В XVIII ст. в связи с нуждами развивавшейся промышленности началось научное изучение России большими правительственными экспедициями, из которых наибольшее значение для познания природы тундр имели отряды Великой Северной экспедиции, работавшие на побережье Ледовитого моря в 1734—1742 гг. Исследования Северной экспедиции дали лишь общее представление о ландшафте тундр, изучение же растительности их началось во второй половине столетия академическими экспедициями, участники которых Озерецковский (1772) и Зуев (1771) побывали в тундрах Европейской России и Западной Сибири. В XIX ст. познание растительности тундровой зоны значительно подвинулось вперед благодаря ряду экспедиций, уже в начале этого периода (Биллингс, 1787—1791; Адамс, 1806; Геденштром, 1810) обследовавших частично побережье Ледовитого моря. Для Европейской России наибольшее значение имеют экспедиции Бэра на Новую Землю (1837), Шренка (1837) в Большеземельскую тундру, Гофмана (1850) к Полярному Уралу и на Пай-хой, Чильмана на Кольский полуостров (1887), Танфильева в Тиманскую тундру (1892). В Сибири наибольшие результаты дали экспедиции Мидден- дорфа (1843) на Таймырский полуостров, Шмидта (1866) в Гыдан- скую тундру и Соммье (1880) в низовья Оби. Некоторые сведения о растительности крайнего северо-востока можно найти в материалах экспедиций Врангеля (1820—1824), Майделя (1868—1870), а для района низовьев Лены экспедиций Анжу (1821 —1823), Юргенса (1881 —1884). Природные условия крайнего северо-востока Азии были несколько освещены также работами местной администрации и краеведов. Особенно много сведений о растительности прибрежных тундр дали плавания экспедиций Норденшельда в устье Енисея и вдоль северного побережья Сибири в конце 70-х годов прошлого столетия (1875--1879). В XX ст. исследование природы тундровой зоны, в частности ее растительности, открывается поездкой Каяндера (1901) в низовья 9 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=