рискнули бы сунуться на резинке в горловину, из которой отлив с заметной на глаз скоростью вытягивал воду. Вторую столь же прекрасно обнаженную дайку нашли на берегу губы Инькова. Море сделало здесь горизонтальный разрез, отполировало низкую диабазовую скалушку вместе с вмещающими породами, хорошо показав и внутреннее строение дайки, и ее контакты. Обе дайки рассекали вмещающие породы, которые у контактов были заметно перемяты. Диабазы явно внедрялись по разломам. В обеих дайках встречалась довольно богатая вкрапленность халькопирита, но она развивалась только на измененных участках диабазов. Халькопирит заполнял трещины как в диабазах, так, впрочем, и во вмещающих известняках. Уже по этим данным можно было судить, что оруденение в диабазах более позднее, не связанное с внедрением диабазовых даек. Диабазы, правда, играли важную роль в формировании рудной минерализации. Они, с одной стороны, служили своеобразными экранами, улавливающими поднимающиеся с глубин рудоносные растворы, а с другой — создавали геохимический барьер, заставляющий эти растворы разгружаться. На Дыроватом застали нас первые густые туманы, которые наползали потом частенько. Даже в двух метрах ничего не видно, и если туман сгущался в маршруте, приходилось отсиживаться. Леня Романцов как-то разыскал у бараков огромный полузасыпанный котел чуть ли не на тысячу ведер, отрыл его и приволок за вездеходом в лагерь. Мы встретили эту находку с восторгом. Именно котла не хватало для полевой бани, которую пора уже было устроить. Сложили из камней печку, вмонтировав в нее этот огромный котел. Мы были в маршруте, а Романцов целый день заливал котел водой и топил каменку. Потом выгреб угли, построил над котлом брезентовый домик, закопал концы брезента в землю. Даже стеклянное окошко вмонтировал. Баня получилась великолепной, с хорошим паром от каленых камней. Мы все помылись по очереди, провели коллективную стирку, а горячей воды в котле, казалось, не убавилось. На следующий день рано утром я вышел из палатки и... оторопел. Брезентовый банный домик уже размонтирован. На высоком каменном постаменте нелепым памятником грузно покоится черный котел, а в котле над парящей все еще водой торчит чья-то голова с обвислыми усами и мокрой свалявшейся бороденкой, поразительно похожая на донкихотовскую. Пригляделся — Романцов! — Ленька! Ты что там сидишь? — Горячая вода пропадает зря. Жалко... Ночевал здесь. Хорошо! 33 3. На островах Ледовитого Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=