совершенны по сравнению с крупными. Изучая их, легче найти те факторы, которые определяют их форму и свойства. Но тогда я этого не знал, относился к коллекции не очень бережно. Легко раздаривал приглянувшиеся кому-нибудь образцы и потерял коллекцию, оставив ее в деревне, когда поехал по распределению на работу. Там ребятишки растащили. Впрочем, страсть к коллекционированию так и не захватила меня, и, по-моему, коллекционирование минералов не совместимо с профессиональной работой в минералогической науке, по крайней мере, в ее конкретных областях и в систематике. Хотя меня приняли на отделение разведочного бурения, буровиком я быть не собирался. Моей мечтой была геология, и положение несколько тяготило меня. Пытался заговаривать о переходе с преподавателями, даже с директором, но они отмахивались от меня: сиди там, где сидишь. Но когда я уже с годик позанимался в музее да поработал на практике в Геологическом институте Кольского филиала Академии наук, поотирался среди профессиональных геологов, стали за меня просить и другие. Звонил в техникум директор института Е. К. Козлов, а потом как-то В. П. Скрипченко после одной из бесед на минералогическую тему в музее вдруг поднялась, сняла с вешалки пальто: — Да что они там в техникуме уперлись? Пойду сама с директором поговорю. На следующий день меня вызвали в отдел кадров и предложили написать заявление о переводе. И на урок к буровикам я уже не вернулся, теперь моими одногруппниками стали геологи. Но и среди буровиков я оставался своим, ведь там были мои первые и лучшие друзья, общие интересы. Среди горняков, где учился брат, появилось много друзей. Скучать не приходилось, а сетовать на одиночество тем более. Наоборот, частенько возникала потребность уединиться, под каким-нибудь предлогом отделаться от очередной затеянной авантюры. Мне уже хронически не хватало времени для занятий, не учебных, а “научных”, если их можно так назвать, подстраховавшись кавычками (а Никола Колесов называл мои занятия деловым бездельем). Во-первых, я читал много научной литературы и в общежитии, и в библиотеке, прорабатывал тщательно, конспектируя и делая выписки. Сам стал собирать литературу и именно тогда, в 50-е годы, освоил книгопочтовую систему заказов “Академкниги”, несмотря на очень скудные студенческие финансовые возможности. 109 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=