Во-вторых, я стал сотрудничать с газетой “Кировский рабочий” и писать в некоторые другие издания — в какой-то степени, чтобы подработать, а главное, чтобы научиться писать. Пытаясь обобщить прочитанное, я сталкивался с тем, что мне трудно изложить мысль или обобщаемое положение своими словами, так и тянет позаимствовать какой-то блок (а это предосудительно, это плагиат). А то, что напишу, кажется таким бледным, беспомощным по сравнению с первоисточником, что перечитывать стыдно. Вот и подумал — буду тренироваться на заметках. И писал обо всем, что покажется мне достойным или о чем попросят в редакции. Печатали, наверное, процентов десять от предлагаемого, а иногда в номер попадало сразу несколько моих заметок, тогда подписывали какими-нибудь псевдонимами. Печатали не только заметки, но и репортажи, фельетоны, иногда даже короткие научно-популярные статьи. Но больше, конечно, возвращали обратно с дежурными комплиментами и с одним-двумя аргументами, разъясняющими, почему это нельзя печатать, что начисто нейтрализовывало комплименты. Потом меня всю жизнь тянуло к прессе, и время от времени, когда были причины или позволяли обстоятельства, я писал и публицистические, и научно-популярные статьи. В-третьих, активно работая с литературой, я собирал материалы по некоторым отдельным проблемам и делал потом обстоятельные доклады перед сотрудниками. Лилия Алексеевна организовала что-то вроде геологического кружка и поручала нам готовить рефераты. Я занимался этим охотно. Наиболее серьезными были мои доклады о Хибинской апатитово-нефелиновой проблеме, об А. Е. Ферсмане и его роли в исследовании и освоении недр Кольского полуострова. Помню, с большим интересом готовил доклад о Московском государственном университете, новое высотное здание которого в то время возводилось на Ленинских горах. Накапливалась огромная информация, которую я пытался осмыслить, проанализировать, обобщить. Начал писать научные статьи, частью чисто реферативные, например об истории российского золота, о древних находках и перспективах поисков алмазов (я не знал, что как раз в это время геологи вели интенсивные поиски алмазов в Сибири и уже подбирались к полям кимберлитовых трубок), а затем по результатам своих наблюдений. Статьи, конечно, не печатали, возвращали из редакций с разной 110 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=