сестрой в деревне Лушниково и держала лавочку с бакалейным и разным другим мелким, но нужным товаром. Впрочем, состоятельной она стала недавно, а до этого тоже жила в услужении. Последнее время была прислугой у начальника полиции в Череповце. Тот заболел, заболел безнадежно — чахоткой и, чтобы не пропадала пенсия, оформил брак с прислугой. Так что до самой революции баба Катя получала пенсию и могла не только содержать свою сестру, бабу Наталью, но и поднять на ноги мою мать. Года через три после женитьбы отец с матерью взяли обеих бабушек в нашу семью, и они жили с нами до конца. А баба Таня, родная бабушка, купила небольшой домик рядом, в Мартынихе, и жила самостоятельно, хотя бывала у нас ежедневно. Мать моя немного училась — окончила четыре класса, а потом еще курсы счетоводов, поэтому считалась весьма грамотной. И действительно, она не только читала, писала и считала, но и знала основы бухгалтерского дела, могла работать на учетных работах. Отец, Юшкин Павел Дмитриевич, родился в 1905 году. Рос отец, как и все деревенские, в своей крестьянской семье, быстро и хорошо освоил плотницкое дело и, как я уже говорил, до самой войны работал плотником. Откладывал топор и рубанок только тогда, когда призывали служить. Женился поздно, тридцати лет, но основательно. Сразу же стал строить большой дом, обустраивать усадьбу, наращивать семью. И если бы не война, наверное, весело бы мы жили. С уходом отца на войну на плечах у матери, которой было тогда всего двадцать восемь лет, осталось все это хозяйство и четверо нахлебников — мы с братом, малыши, и баба Катя, которой под восемьдесят, с шестидесятилетней глухонемой Натальей. ВОЙНА Начало войны не отметилось в моей памяти, может быть, потому, что для нашей семьи война началась раньше, с уходом в солдаты отца. Продолжали уходить другие мужики — соседи, родственники. Деревня пустела. А потом вдруг опять ожила, наполнилась людом, но другим. Красноармейцами. По большаку 17 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=