шруте. Отдельно велся журнал метеорологических и других наблюдений за природой. В тетради есть подробно разработанная программа и план нереализованной экспедиции по реке Кесьме. Мы планировали в весеннее половодье 1952 года на плоту скатиться по большой воде к Весьегонску, а потом по железной дороге вернуться домой. Намечались разноплановые наблюдения, исследования, ожидались захватывающие приключения. Но в столь сложный поход нас не пустили, и в общем-то правильно. Плот наверняка если бы не раздавило, то перевернуло в одном из ледяных заторов. Отложили экспедицию на осень, решив провести ее в пешем варианте. Но осенью я уехал поступать в техникум, а лето было занято другими плановыми маршрутами. Как-то эта тетрадь попала в руки моему десятилетнему внуку и так его заинтересовала, что он читал ее неделями, расспрашивал о деталях. И все просил завершить с ним экспедицию по реке Кесьме, но столь большим временем мы не располагали, оно уходило на пайхойские и уральские экспедиции. Будучи как-то в отпуске, прошли с пяток километров по реке, но застряли на одном из омутов с рыбалкой. А меня эти километры повергли в уныние — я не узнавал реки. Она обмелела, замутнела. Многочисленные мельницы ликвидированы, плотины прорваны, красивейшие пруды спущены. Русло забито всякой дрянью — мешками из-под удобрений, железом, разорванными автомобильными покрышками. Большая часть деревенек покинута людьми, от некоторых даже и развалин не осталось, только чертополох. Дальше идти не хотелось. Вспоминая теперь о тех детских “самодельных” экспедициях, я прихожу к выводу, что они позволили не только интересно и со смыслом заполнять время, но и очень много дали, может быть, даже определили судьбу. Пожалуй, благодаря им я окончательно определился в выборе будущей специальности — геологической. В экспедициях выработались исследовательские навыки, стремление разобраться в природе изучаемых объектов, выявить их особенности, закономерности состава и строения, найти что-то новое, неизвестное ранее. Еще тогда я понял, что самое главное в работе естествоиспытателя — это непосредственный контакт с природой, наблюдения, факты, и что бумажная наука без науки полевой — это профанация. И в дальнейшем стремился, чтобы ни один летний сезон не пропал даром, чтобы 65 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=