З.П. Михайлова, В.И. Есева и другие сотрудницы Института геологии. «Черновская женская школа» прославила себя не только кабинетной, лабораторной наукой, в которой роль женщин всегда была исключительной, но главным образом - первооткрывательской полевой геологией в тяжелых экспедициях, которые мог выдержать не всякий мужчина. А.А. Чернов всех своих учениц «заразил» своим Печорским краем; и здесь, в нехоженых местах, в тайге и тундре, еще очень юные и неопытные женщины проводили первые геологические изыскания, первые съемки, впервые самостоятельно организовывали и возглавляли экспедиции. Поразительный феномен: все ученицы Чернова стали известными специалистами, учеными, первооткрывателями, все они внесли крупный вклад в геологическую науку. С легкой руки А.А. Чернова и сейчас геологическое поле в Тима- но-Североуральском регионе в значительной степени «вспахивают» женщины-геологи. Во всяком случае в нашем Институте геологии Коми НЦ УрО РАН их исследования составляют около 40% печатной научной литературы, многие получили мировое признание. Просматривая материалы А.А. Чернова и воспоминания о нем, невольно поражаешься многогранности его личности. О многом я даже и не подозревал. Какая трогательная забота о близких проходит через его личные письма! В неопубликованных и часто незаконченных рассказах раскрывается глубокая лиричность его натуры. А.А. Чернов, оказывается, писал даже стихи, о чем мы узнаем из воспоминаний А.И. Осиповой, которая привела его стихотворный ответ на поздравление к 75-летию. А внешне он представлялся суровым, в чем-то даже жестким. Для него была характерна жертвенность: ради дела он поступался карьерными перспективами, ради науки сменил столичную жизнь на периферийную, отказывался от квадратных метров своей жилплощади; ютясь в одной комнате, в другие поселял учеников, отдавал их под помещение для аспирантских занятий. У меня в памяти А.А. Чернов остался как несколько замкнутый, неулыбчивый, суровый старичок, с бородкой клинышком, всегда в черном, регулярно и строго, как по расписанию, появлявшийся в институте. Типичный «кабинетный профессор». Но увидел-то я его впервые лишь за два года до смерти и, хотя встречал чуть ли не ежедневно, беседовал с ним только раз. Тогда я в свободное от своей лаборантской работы время делал научный прогноз сероносности Европейского Севера и анализировал с этих позиций всю геологи190 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=