скоротечного туберкулеза. Сказались, видимо, и тяжелая работа, и страшная жизнь во время оккупации. Мать, Елена Яковлевна, работала по дому и в огороде, который был основным источником существования семьи, так что Лиде приходилось с самых ранних лет трудиться на поле и грядках, торговать огородной продукцией. Поэтому, зная, как и я, по собственному опыту отупляющую тяжесть сельскохозяйственного труда, она долго не хотела «заводить» дачу и согласилась на нее только в пору перестроечной разрухи, когда даже ведро картошки было трудно купить. Весомым аргументом к этому послужило требование малолетнего внука: «Мы не люди, что ли? У всех дачи есть, а у нас нет». Тяжелейшим периодом в жизни Лиды и ее семьи были военные годы, особенно период фашистской оккупации. Дом занимали немцы, семья пряталась в глубоком кирпичном погребе, устроенном во дворе и в мирное время служившем ледником. Стены и пол обкладывали тюфяками и одеялами, готовили на керосинке или на тагане, над которым жгли мелкие ветки или лучинки. В погребе было тесно, но безопасно. Толстые стены и чуть ли не двухметровый накат с насыпью спасали от бомбежек, осколков и шальных пуль. Когда в доме квартировали немцы, было полбеды. По крайней мере, они имущество не растаскивали. Лида даже вспоминает, что один из солдат, увидев ее, плакал, пытаясь объяснить, что у него такие же «киндер», и проклинал войну. Но когда квартиранты уходили, наведывались мародеры. Эти хватали все, что им приглянулось. Забрали граммофон с большой красивой трубой. Лида пыталась удержать, хваталась за ящик, но фашист ее оттолкнул ногой. Страшные дни пришлось пережить, когда накатился фронт, советские войска «выбивали» немцев. Снарядов уже не жалели, орудий не счесть, готовилась переломная битва на Курской дуге. Земля от взрывов содрогалась непрестанно, без перерывов бомбили расположенную рядом станцию. Спас их от гибели тот же погреб, из которого не выходили несколько дней. После окончания школы, а учиться она начала еще при немцах, Лида поступила в Старооскольский геолого-разведочный техникум, в то время самое престижное и перспективное учебное заведение города. Шли разведка и освоение Курской магнитной аномалии, геологи были в особом почете. Закончила его в 1954 году, получив диплом техника-гидрогеолога. Была мечта остаться на КМА, но распределили в Ташкент, в трест «Средазгеохимразведка», а оттуда в Джамбульскую область, в горы Каратау. В их недрах были от340 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=