крыты гигантские запасы фосфоритов, и широким фронтом велись геолого-разведочные работы. В мае 1954 года Лида была зачислена техником-гидрогеологом в Чулактаускую партию, затем переведена в Джалаирскую. Но поскольку полевые работы там завершались, в ноябре 1955 года Лиду, к ее радости, послали на курсы повышения квалификации в Москву, в Московский институт техучебы. Месяцы, проведенные в Москве, Лида всю жизнь вспоминала с восторгом. Самые яркие впечатления, конечно, оставили не занятия (они везде одинаковы), а московская жизнь, московские улицы, магазины, театры, музеи. В те годы производственные дела всегда сочетались с культурным воспитанием, а культпоходы в храмы искусств, в том числе и в самые престижные, проводились непрерывно. Наверное, с тех пор, а может и со времени студенческой самодеятельности, у Лиды «заложилась» тяга к искусству, особенно театральному. Если мы бывали в большом городе, она обязательно старалась «затащить» меня в театр, а я всеми силами сопротивлялся. Я любил читать книги, когда можно было прерваться и поразмышлять над прочитанным, любил ходить в картинные галереи, где можно не только полюбоваться творениями художников, но и пофантазировать по поводу запечатленного на холсте сюжета. Что же касается театрального искусства, оно меня в молодости не особенно привлекало. До меня не доходило, почему то, что можно ясно сказать словами, нужно пропеть, причем не всегда складно и умно, или даже выражать руками и ногами в балетном танце. Конечно, красиво, но реальная жизнь красивее. Но уступать Лиде приходилось, никуда не денешься. Театр же для меня начинался не с вешалки, а с буфета, где я выпивал бутылочку пива, потом дремал, посапывая до антракта, чтобы повторить вылазку в буфет и снова вздремнуть. Потом под влиянием Лиды перевоспитался, стал ходить в театры с удовольствием, хотя и без приличествующего трепета. После возвращения из Москвы Лиду направили в новую партию — Аксайскую - там же в Каратау, где гидрогеологические исследования тоже завершались. Тем не менее Лида там успела проявить себя по-деловому и была награждена почетной грамотой. Каратауский период Лида вспоминала всегда со светлым чувством. Действительно, это было начало самостоятельной жизни, романтики, встреч и дружбы с новыми людьми. С особой теплотой она вспоминала своих подруг и хозяев, у которых жила, переписывалась с ними до конца жизни. А население в поселке Каратау в те годы было более чем пестрое: геологи и горняки, ссыльные, 341 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=