да, работу на это время старались найти полегче. В тот же вечер 17 августа 1957 года, когда пришел проведать жену, обрадовали, что Лида уже родила девочку, здоровую и крепкую. Побежал в поселок, в первом же садике старуха-гречанка за копейки нарезала мне огромный букет цветов. Передал в раскрытое окно роддома. Девочку назвали Галей. С рождением ребенка возникли новые проблемы, и самая главная - с кем оставлять Галю? Нужна нянька, а это самая дефицитная специальность в рудничном поселке, где в основном молодежь и почти у всех дети. Наконец нашли инфантильную полненькую молодую татарку, которая мигрировала из семьи в семью, подолгу нигде не задерживаясь. На время вопрос решился, а когда татарке у нас надоело и она ушла к очередным молодым родителям, возиться с Галей согласилась старушка тетя Шура из соседнего подъезда. Правда, носить ребенка надо было к ней, а у нее были еще внук и внучка чуть старше, так что получились своеобразные детские мини-ясли. Так Галя и находилась под доброй опекой тети Шуры, алтайской сибирячки, все годы, пока мы жили в Шорсу. Работа полевого геолога тяжелая и нерегламентированная, поэтому Лиде приходилось очень нелегко. Меня часто неделями, а то и месяцами не было дома. Многодневные маршруты, съемочные и поисковые работы на дальних площадях, командировки в Ташкент. В 1958 году я поступил во Всесоюзный заочный политехнический институт, потом меня перевели в Ташкентский политехнический. Надо было ездить на экзаменационные сессии. Да и когда жил дома - ни на что не хватало времени. Кроме основной работы были маршруты в выходные дни «для души», «для науки», ночные спуски в шахту за образцами после дневной смены. Конечно, часто ходили по горам вместе, брали даже Галю, но основная забота о ребенке была, конечно, на Лиде. К тому же удручала вечная нехватка денег. Зарплаты-то были небольшие. Перенапряжение в конце концов завершилось срывом - у Лиды развилась нервная экзема, захватившая обе руки. Зуд и боль становились нестерпимыми, лекарства и мази, выписанные поселковыми врачами, не помогали. Ее направили в Коканд, в кождиспансер. Пришлось брать с собой Галю, поскольку ей еще не исполнилось и года и оставлять ее одну было нельзя. В диспансере Лида провела две жуткие недели, но бесполезно. Рабочие сказали мне, что в греческом поселке в долине есть гречанка, которая лечит любые кожные болезни. Я в знахарей и народных целителей не верил, но все- таки поехал туда после работы. Разыскал целительницу, которая 344 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=