места на пикник с пловом и бочкой пива. В выходные лазали по окрестным горам и долинам. Ездили в райцентр Яйпан и в ближайший город Коканд, сохранивший в своем облике и архитектуре яркий среднеазиатский отпечаток, с шумным восточным базаром. Ходили в кино: в поселке было два кинотеатра, в которых ежедневно шли неповторявшиеся фильмы. Я еще тогда удивлялся необычайной продуктивности советского кинематографа: как киностудии, хоть и многочисленные, успевают столько снимать! А фильмы какие были! «Чистое небо», «Коммунист». Иногда приезжали со своими постановками театры из Ферганы, Коканда, Ташкента, концертные бригады. Дома слушали радио, пластинки. Каждый вечер заглядывал кто-нибудь из друзей, пили чай, беседовали. Приезжали на короткое время мамы - и Лидина, и моя - посмотреть, как мы живем, и помочь в хозяйстве. В ноябре 1960 года мы поехали в очередной отпуск и начали, по традиции, опять со Старого Оскола. Отпуск пролетел весело, беззаботно. Елена Яковлевна непрерывно хлопотала, услаждала, чем могла, играла с Г алей, которой исполнилось уже три года. Иногда, правда, присаживалась на диван, жалуясь на боли в животе. Настало время уезжать, мы стали укладывать чемоданы. Тут Елена Яковлевна упала на кровать, расплакалась от невыносимых болей. Вызвали «скорую помощь». Доктор без труда установил диагноз: рак, запущенный, неоперабельный. Удивился, как все это время она держалась на ногах... И я был потрясен ее самоотверженностью - она не только держалась, но и заботилась о нас, придумывала, чем бы еще нас порадовать. Впрочем, и Лида в свои трагические дни оказалась такой же самоотверженной. Лиде пришлось сдать билет и остаться. В партию послали телеграмму с просьбой предоставить еще один отпуск (их у нас накопилось несколько). Я, заехав на недельку в Ивангору, вернулся в геологоразведку. Работы по проекту поисковых и разведочных работ заканчивались в 1961 году. Партию должны были после защиты отчета расформировать, нам уже подыскивали новые рабочие места. Партий работало в Узбекистане много (мы тогда перешли из подчинения союзному геохимическому главку в «Главузбекгеологию»), геологи были везде нужны. Меня и моего приятеля Мишу Пинчука наметили направить в Ирак на разведку недавно открытого советскими геологами гигантского серного месторождения Мишрак. Предложение было очень заманчивым: поработать на уникальном месторождении и вернуться с деньгами и автомашиной. Я же, к удивлению говорившего со мной чиновника, начал отказываться. 348 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=