Дело в том, что я твердо определился в своем решении уйти в науку, и это надо было сделать чем быстрее, тем лучше. В науке свой стиль работы, свои цели и методы, в производственной геологии - свои. Работа в Ираке может дать совсем другое направление жизни - или затянуть в производство, или, не дай бог, определить в геологические чиновники. К тому же придется прервать учебу в заочном институте, а вот удастся ли потом его закончить - это вопрос. Я уже искал возможность перейти в какой-нибудь академический институт и получил из нескольких городов согласие принять меня. Выбрал Сыктывкар, Коми филиал АН СССР, о котором почти ничего не знал. Выбор определился тем, что от Сыктывкара было ближе всего до Ивангоры, куда к моей матери можно было бы отвозить Галю на летнее время - время экспедиционных работ. Лида со мной согласилась. Впрочем, в выборе жизненной стратегии она всегда полагалась на меня, житейскую же практику определяла сама. Объявил о своем решении уйти в науку, причем до окончания отчета. Начальница моя вначале встала на дыбы, но я постепенно уговорил ее, пообещав всю свою часть работы сделать до отъезда. Она знала, что обещания свои я выполняю, добавила мне новых заданий вдвое больше и успокоилась. А вот ташкентское начальство, особенно начальник треста, уперлось намертво. Я специально приехал в Ташкент, упрашивал, уговаривал, но безрезультатно. Можно было, конечно, подать заявление и уйти (прежние строгости уже не действовали), но я хотел сделать все прилично, переводом. Письмо с просьбой о переводе в сыктывкарский Институт геологии лежало у начальника главка на столе. Помог ученый секретарь Института геологии Узбекской академии наук профессор А.А. Малахов. С ним мы недавно познакомились, он прочитал мои научные публикации и даже предлагал поступить к нему в аспирантуру, обещая добиться разрешения на прием без законченного высшего образования, на что я не рискнул пойти. Это был загадочный человек. Известный геолог, из эмигрантов, изучавший Македонию и, как говорили, бывший даже советником по ресурсам Адриатики у Гитлера. После войны приехал в Советский Союз и вместо обычных тогда репрессий получил лабораторию и высокую научную должность в институте, чего безуспешно добивались многие местные деятели. Написал серию новаторских статей и выпустил коллективную монографию о рудных формациях. Пред349 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=