А какой праздник мог быть? Мы с Галей делали при Лиде веселый вид, а на душе кошки скребли, Галя украдкой рыдала. Перед боем курантов, возвестившим наступление Нового, 1994-го, года, Лида позвала меня, Галю и Андрея к себе в комнату. Мы увидели ее, приподнявшуюся на груде подушек, в маске Деда Мороза, с белой бородой и красным капюшоном, с мешком в руках. Она с улыбкой поздравила нас с Новым годом, провозгласила всем персональные пожелания и одарила подарками. Открыли шампанское, мы выпили с Галей по бокалу, уложили уставшую Лиду поудобнее и разошлись. Раза четыре за ночь я переворачивал ее с боку на бок при приступах кашля и удушья, а под утро меня насторожил какой-то неестественный хрип. Вскочил. Лида была без сознания, пыталась сделать судорожные вздохи, но не получалось. Крикнул Галю. Она кинулась к Лиде, старалась помочь ей вздохнуть. Я потерял сознание и сполз у косяка двери на пол. Очнулся от того, что меня тормошила плачущая Галя. Лиды не стало. Часы показывали 7.40. Лида прожила без трех дней 62 года, на год меньше своей матери. Ее сразил тот же проклятый рак. Похоронили Лиду в день ее рождения, 4 января, на Красноза- тонском кладбище в красивом сосновом лесу. Проводить в последний путь пришло очень много народу, и не только из института. Лиду любили все, кто ее знал. Перед этим отпевали в церкви. Она не была явно верующей, но и не считала себя атеисткой, и мы с Галей решили, что христианский обычай нельзя нарушать. Провожала ее та же маленькая старинная иконка Богоматери, которая была и в гробу Лидиной мамы, а может быть и других ее предков. Много дней шел поток соболезнований. Их публиковали газеты; телеграммы и письма приходили не только из России, но и из других стран, где она приобрела друзей. Из Университета Южной Каролины сообщали, что в эти скорбные дни был устроен ее мемориал в одном из холлов. Я очень долго не мог смириться с тем, что у меня уже нет моей Лиды. В первые дни ежедневно ездил на кладбище. Потом начались командировки, навалились дела, но все равно Лида не уходила из души. Особенно тяжело было оказываться в тех местах, где мы бывали с нею вместе. Приехал весной в Южную Каролину поработать в университетских лабораториях и не находил себе места. Ресторанчики, в которых мы сидели, магазины, где что-то покупали, улочки, 359 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=