Часам к десяти-одиннадцати вечера все дела в лагере заканчивались, и каждый занимался своим делом. Писали дневники, зубрили английский язык, перезаряжали фотоаппараты. Мишель грыз карандаш, уставившись в тетрадку, на страницы которой одна за другой ложились строчки стихов. Полночь — не помеха для занятий. Даже в первом часу в наглухо застегнутой палатке, под пологом, я свободно различаю клеточки на листках записной книжки и без напряжения для глаз пишу дневник. Такова сила света летней, белой ночи в Заполярье. Дни проходят незаметно, один за другим, в работе, в шутках, в песнях. Немного волнует неизвестность, мы не знаем, что делается на большой земле. Взятый с собою маленький радиоприемник «Турист» замолчал на второй день, и все попытки его исправить оказались безуспешными. Я с сожалением вспоминал безотказную «Родину», которой пользовался во всех предыдущих экспедициях, и которую мы раньше незаслуженно награждали нелестными эпитетами за громоздкость и тяжелый вес батарей. Лучше таскать на своих плечах тяжелый, но говорящий радиоприемник, чем миниатюрный, но мертвый. Однажды мы устроили вечеринку. Марина как-то разузнала, что у Володи вот-вот будет день рождения. И как-то, вернувшись из маршрута, мы увидели празднично накрытый стол. До полуночи над пустынной тундрой не смолкали веселые геологические песни, которые артистически выводили Володя и Мишель. Долгое время, не видя людей, кроме товарищей по полевой жизни, начинаешь питать какую-то нежную любовь ко всему живому — к зверькам, птичкам. Правда, пока мы стояли на Тарью, мы не видели ни одного зверя, но птиц вокруг было много. Почти каждое утро мы просыпались от барабанной дроби, отбиваемой по полотнищу палатки. Это трясогузки ловко хватали облепивших палатку комаров. Трясогузка — небольшая прыткая птичка с красивой пестрой грудкой — постоянный спутник человека в тундре. Может быть, ее привлекают комары, тоже почему-то льнущие к человеку, а может быть крошки, остающиеся после обеда на столе. Наверное, все-таки комары, так как хлебные крошки трясогузки клевали без особой охоты, для разнообразия. И потом как только мы раскинем лагерь, или просто сядем где-нибудь отдохнуть, из тундры прилетает несколько этих птичек, и смело летают почти над самой головой, хватая кровопийцев. Бегая между тарелками, трясогузка неутомимо хватала сидящих на клеенке комаров. -43Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=