ках, потом пешком, чтобы посмотреть на границу Европы с Азией. У них хорошее снаряжение, опытный руководитель. Есть даже карты. Только карта их и подвела. Увидели на ней зеленое пятно, понадеялись, что это лес, а оказалось — совершенно голое место, ня кустика. Теперь, за неимением дров, собирают сухие стебли травы, чтобы вскипятить чай. Погода очень холодная. Мы быстро поставили палатки, затопили печки, накормили ужином школьников и сами с ними поели. Ночью (18 августа) играло первое в том году полярное сияние. Утром отвезли школьников километров за пятнадцать вниз по Лагорте. Дальше они легко спустятся сами. В об- щем-то они молодцы— не унывали. К горе Хойлапэ подошли в тумане. Временами падал снег. Вездеход отправили вперед, на базу разведчиков, а сами остались поработать на баритовых телах. Тут людно. За время нашего отсутствия геологи прошли множество канав, переместили буровые, так что в тумане, когда видно только на десяток метров, найти нужную канаву нелегко. Натыкаемся то на геологов, то на проходчиков. Наконец, зацепились за знакомый распадок и от него вышли к нужной нам канаве. До вечера описывали баритоносный горизонт. Промокли, продрогли. Но, спускаясь к базе под тяжелыми рюкзаками, быстро согрелись. А вечером была настоящая баня. Мы блаженствовали. Следующие дни с утра до вечера проводили на баритовых горках. Дела у разведчиков шли хорошо. Месторождение перспективное, запасы все время наращиваются новыми разведанными участками. Очевидно «вытянет» на несколько десятков миллионов тонн. И экономические условия довольно благоприятны — железная дорога всего в пятидесяти километрах, добыча может вестись дешевым открытым способом. С руководителем Н. Лютиковым мы разработали программу совместных исследований. Теперь нам нужно на Собь, где предстоит посмотреть еще один тип баритовой минерализации и где уже давно ждет нас В. Силаев — начальник одного из наших отрядов, которому мы обещали передать вездеход до конца осени. Однако аварии преследовали нас как рок: опять вышла из строя коробка скоростей. Сломалась в самом неподходящем месте, когда мы, отъехав от Хойлы всего 28 километров, мчались по ровной и твердой вершине Каче-Мылька. До ближайшего ручейка не доехали около километра. 101 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=