появилось мнение о том, что «удобные пашни и сенокосы крестьянской общиной распределялись между общинниками». Это не соответствует действительности. Документы говорят о том, что не община наделяла крестьянина участком земли, а крестьянин, поселяясь в деревне на новине, разрабатывал ее сколько мог или покупал обжитую землю старожильца и становился членом общины. Община лишь следила, чтобы разработанная земля как можно меньше выходила из тягла. Крестьянин распоряжался своим участком. Мог пашню и сенокос продать, заложить и прочее. Подобное положение хорошо известно в литературе, и мы не будем останавливать на нем внимание. Рассмотрим подробнее менее разработанный вопрос — распоряжение крестьян и государства угодьями. В писцовых книгах конца XVI—XVII вв. имеется стереотипная фраза: «А ловити им в реках и озерах всем крестьянам (такой-то волости). А по купчим и по духовным до рек и до озер, и до лесу дела нет». Может создаться иллюзия о некоем коллективном владельце, о порядке, при котором все крестьяне имели право охотиться и ловить рыбу в любом понравившемся месте. Гак ли было на самом деле? Анализ документов, вышедших из крестьянской среды, как и отрывков подлинной писцовой книги Яренского уезда 1628/29 г. (а .не сотных выписей и отрывочных сведений из нее), позволяет говорить об обратном. Крестьянину Коми края XVII в. не нужно было иметь во владении участок леса как таковой, чтобы только в нем собирать грибы, ягоды, рубить лес и прочее. Тут, вероятно, он выглядел коллективистом. Но когда речь заходила об охотничьих угодьях, он становился, собственником по духу. Крестьяне иногда добивались даже включения описания своих «путиков» в писцовые книги. Так, в писцовой книге Яренс-кого уезда 1628/29 г. при описании дер. Огафоновской погоста Ошлапья имеется следующее указание: «Для тое же из деревни Агафоновской у крестьян у Еремки Онисимова з братьею путики возле речку Лупыо по северской стороне от речки Юли вверх мимо Коршунова стоповья до усть речки Тылвы; да по речке Тылве вверх по обе стороны, да вверх речки Икаихи; да по речке Конерке и по речке Мощенке. Да у болотца у Егора Шигина путик». Путики продавались, делились между родственниками и т. д. В отношении их существовало в крае то же положение, что и в соседних сеаерорусских уездах. 55 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=