Коми научный центр Уро РАН ссылку в Вологде. В частности, он пишет о помощнике правителя канцелярии Н.В. Кедровском как о «яром последователе Н.Г. Чернышевского». В годы учебы в семинарии Кедровский вместе с друзьями основал так называемый кружок чернышевцев, пользовавшийся определенным влиянием среди вологодской молодежи. Эта история начинается с ареста семинариста Благовещенского, который приехав летом домой в Никольский уезд, распространял среди крестьян сочинения против правительства. В время обыска у него изымают «статьи из журнала “Колокол”, в частности, статья “Что нужно народу”, прокламация «Воззвание к молодому поколению» М. Михайлова и многие крамольные стихотворения». Вслед за этим была учреждена особая комиссия для производства формального следствия, произведены обыски на квартирах семинаристов, у кого была найдена нелегальна литература, тех арестовали. Характеризуя непоколебимую революционность «чернышевцев», Фёдорова пишет: «Жандармов особенно заставило насторожиться письмо Благовещенского, найденное во время обыска, в котором он писал отцу о подготовляемом восстании в семинарии (!). В процессе следствия было установлено, что семинаристы, начиная с 1860 года собирались на квартирах товарищей, читали нелегальную литературу, зачитывали и разбирали собственные сочинения на самые разнообразные темы. Они выпустили несколько номеров рукописного журнала “(^иосПФе! (Всякая всячина)”. История эта, по Фёдоровой закончилась «арестами, ссылками в отдаленные места, отдачей под надзор полиции расправилось царское правительство с участниками тайного кружка в Вологодской духовной семинарии» (Фёдорова, 1975, с. 26, 29). Пожалуй, это тот самый случай, когда одна неправда тянет за собой вторую. На самом деле основателем ученической библиотеки был уже известный читателю, не раз цитировавшийся протоиерей Алексий Попов, а в те годы просто семинарист. Но открылась студенческая библиотека в 1861 году, когда Куратова уже не было в Вологде, и он не мог воспользоваться ее книгами. В этой библиотеке действительно были разные книги, в том числе и со статьями упоминаемых авторов, но они, за исключением, пожалуй, Герцена, печатались во вполне легальных, респектабельных изданиях. Более того, ученики семинарии вполне легально, с разрешения ректора выписывали журнал «Современник» — его не надо было искать где-то в городе. В своих мемуарах отец Алексий не упоминает ни о каких «чернышевцах», хотя сам он был причастен к событиям, о которых пишет Фёдорова. Понятно, что ни о какой подготовке к восстанию в Вологодской семинарии никто из них и слыхом не слыхивал, книгами да, увлекались, но чтобы восстание... Свет на эту историю проливает документ, который приводит о. Алексий в своей книге: 186
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=