Коми научный центр Уро РАН Город сплетен, город пыли, Город разных лихорадок, Город, где меня судили, Как змея, ты стал мне гадок! Много слез в тебя я пролил За страданья мужичка. Ты широких дум не понял Сына бедного дьячка! (Щапов, 1890, с. 217-218) Не правда ли, всё тот же мотив «прощального проклятия» — непонятый поэт-изгой покидает погрязший в грехах и болезнях город-змею и выносит ему свой приговор. Надо сказать, что Александр II отменил решение Синода, и Щапову разрешили проживание в Петербурге под надзором полиции, чтобы уже в 1864 году за связи с Герценом и Огарёвым осудить и отправить в Иркутск. Возвращаясь к Куратову, надо заметить, что, противопоставляя Усть-Сысольск Москве, поэт прощается и с «белокаменной», он знает, что уже никогда не вернется в «город чудный, город древний» — его лимиты времени и средств исчерпаны: в течение пяти лет в Усть-Сысольске он жил надеждой на возвращение в Москву, в университет, поэтому жил на съемной квартире, а не в своей, не обзаводился хозяйством. Учеба в Казани представлялась последним вагоном отъезжающего поезда, поезда, отъезжающего в мир — он вскочил на подножку, успел, еще немного, и он остался бы в этой пошлости и рутине. Но вот что интересно: стихотворение «Усть-Сысольск» датируется 19 сентября, а 3 октября он пишет стихотворение «Прощание», прямо противоположное по смыслу первому. Прощание Еще недавно я бранил Родной свой город, говорил: «Отсюда вынесете ль, черти, Меня до нежеланной смерти?» Но обошлося без чертей. Приказ дан выехать скорей. Да что так скоро? Может статься, Мне кой с кем надо распрощаться. Один, другой, десятый тут Мне в голову сейчас идут. Неужли с ними навсегда я Прощаюсь, нынче уезжая? Мне дорог день, мне дорог час, Друзья, когда я вижу вас! 198
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=