Коми научный центр Уро РАН ление, ве- ’-таки чи- еры были лучае, дело л прошение, пись какого- ертью Куратова :е возобновлялось» Степана Чукре< адресу Иван; суде 19 сент)ф>я 1872 года и суд 1 [а Куратова вынес при- Чукреева приговорили к аресту утерянное (видимо, пропитое) Покорнейше прошу областное правление, не возможно ли двинуть упомянутое дело к приговору. Коллежский секретарь Куратов» (Цит. по: Ивлев, 1981, с. 183-184). Как полагает Ивлев, подача Куратовым иска в суд продиктована его подозрениями о том, что слежка за ним и приход полицейских нижних чинов в дом Мархининой организованы городничим (начальником полиции) фон Бергом, с которым у Куратова какие-то личные счеты. Колпаковский наложил на докладную Куратова следующую резолюцию: «Произведите дознание по этой записке, поручив старшему помощнику Верненского уездного начальника». Дознание было произведено, меры были, областное пран роятно, приняло соответствующие меры — Куратов слился в нем не последним человеком. Возможно, устные, уже без привлечения судебных сил. Во вс в дальнейшем сошло на нет: Куратов сам не возо А в дальнейшем, на докладной Куратова появ то чиновника: «К делу, которое прекратить за и фон Берга, а также потому, что прошение н< (Ивлев, 1981, с. 185). А дело о клевете < было рассмотрено в I говор в пользу Куратова. Степ; на 1 месяц и 25 дней. Также имущество Куратова с Чукреева взыскали 16 рублей 21 и 2/3 коп. в пользу Куратова. Что касается Надежды Чукреевой, то ей пришлось сполна хватить станичной патриархальщины. В отличие от той же самой Крюковой, да и, видимо, от большей части женщин- казачек, она не стала миритьс^с бесправием женской доли. Видя, как ее муж постепенно пропивает нажитое совместно добро, она обратилась в станичное правление с прошением прекратить это безобразие и отдать всё имущество ей в опеку, поскольку на ее руках дети того же пропивающего имущество Чукреева, которых надо вырастить и воспитать казаками. Надо полагать, такого «наглого» заявления от женщины, бросившей мужа, станичники не ожидали. 28 августа собрался станичный сход. Приговор самого схода (так называли станичники протокол) не сохранился, но основной смысл его передает доклад, подготовленный на имя военного губернатора и отредактированный Н.А. Аристовым. Суть «приговора» в том, что Степан Чукреев охарактеризован как честный казак, в сильном пьянстве никогда не замечаемый, а в нынешнем времени, как говорят станичники, «немного найдется людей, которые не пили бы водку». Хозяйство свое казак Чукреев ведет хорошо, и заявление его жены, будто он его проматывает, несправедливо. А что касается жены его, Надежды Чукреевой, то хорошая женщина «никаса одна стан; 270
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=