Коми научный центр Уро РАН окружающими, кем-то вроде Чацкого? Анна Фёдорова, автор монографии о жизни И.А. Куратова, считала, что Василий был человеком образованным, с разносторонними интересами, но своими «взглядами» сильно отличался от «окружающего духовенства» (Фёдорова, 1975, с. 9). К сожалению, мы сегодня ничего не можем сказать об особенностях его взглядов — архив Василия Куратова был утерян после его смерти в 1862 году. Иван Куратов сожалеет об этом в своих записках, считая, что среди бумаг Василия наверняка были и его стихи. Мы ничего не знаем о занятиях Василия Куратова, но в 1860 году происходит странная история — она описана в той же книге Анны Фёдоровой. Благочинный Ильинской церкви Воскресенский отправляет в духовную консисторию рапорт на священника Василия Куратова, сопровождая рапорт сочинением Куратова «Апология» и письмом Афанасия Куратова, брата Василия и священника той самой Межадорской церкви, которую пришлось оставить Василию. Духовная консистория выносит примечательное постановление, во-первых, о прописанных в рапорте действиях Куратова, «противных правилам церковных, так и вообще об образе служения, учения, жизни его и обращения с прихожанами и на то, что не имеет ли он каких тайных сношений с кем или каким местом и через кого». Во-вторых, будто бы исходя из предоставленной рукописи, материалов прежнего дела и письма брата Афанасия следовало, что,«в Усть-Сысольском уезде, в приходах Визингском и Троицком ... находится какое-то братское или потаенное скопище людей раскольников или подобных им заблуждающихся», а Усть-Сысольскому духовному правлению предписывалось тайно о них разведать чеоез благочинных и «приходских надежных священников» (Фёдорова, 1975, с. 10). Тайное общество в присысольских лесах — представить сложно, вероятнее всего, Василий ратовал за возобновление дела Стефана Пермского — о богослужении на коми языке, отсюда название рукописи — «Апология», то есть апология, защита, возвращение дела Стефана Пермского, и, очевидна часть прихожан в этом его поддерживали. К сожалению, так ли это, мы никогда не узнаем — рукопись не сохранилась. Василий Куратов умер в 1862 году в возрасте 42 лет. В отличие от Василия, Николай с детства не был расположен к учебе. Его образование закончилось низшим отделением Ярен- ского уездного училища, на котором он проучился шесть лет. В возрасте 17 лет он был исключен из училища и направлен на службу в Летскую Спасопреображенскую церковь на должность дьячка (Фёдорова, 1975, с. 9). 1 октября 1938 года Вологодский епископ посвящает его в стихарь. Однако в 1841 году он получает перевод в Койгородскую Спасскую церковь на место престарелого дьячка Георгия Кокшарова с условием жениться на его дочери, Матрене 33
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=