счастья для последних, да несчастье помогло). Коммунисты Прокопьевской волости в 1920 году констатировали, что «настроение масс после авантюры капитана Орлова видимо изменилось в пользу Советской власти». Речь, конечно, следует вести не о восторженном приеме победителей (большевикам уже не слишком доверяли), сколько опять-таки о равнодушии большей части жителей Сыктывдина к судьбе белой власти и об апатии, охватившей народ после трехлетней чехарды обещаний и обманов, разочарований и надежд. Реставрацию красной власти крестьяне приняли к сведению довольно спокойно, хотя и настороженно, памятуя о прошлом. «Настроение масс... в период возвращения красных войск - спокойное», - сообщали из Часовской волости. Часть жителей предпочла красным белых и ушла с последними. Население Коми края, устав от боевых действий, довольно равнодушно встретило известие о капитуляции Белой армии на Севере. Сыктывдинцы приняли перемену власти, но особого авторитета у Советской власти и большевиков не было. В Прокопьевской волости, по словам местных партийцев, хотя «колеблющиеся (!) бедняки более сочувствуют коммунистам, ...всё же ...ни беднота и ни середняки не примыкают к коммунистам» (а именно коммунистические ячейки, а не безвластные Советы являли собой руководство). Руководители Яренского уезда отмечали в конце 1919 года, что после возвращения красных «первоначальное настроение населения обрисовывали запуганное, теперь атмосфера неясности проясняется, есть симптомы сдвига, которые необходимо использовать в нашу пользу». Но в то же время коммунисты просили вооружить их «потому, что эта неопределенность настроения может быть использована как красными, так и белыми». Конечно, память о красном терроре, комбедах и советских продотрядах, изымавших хлеб в коми деревнях, сохранилась в народе, но новых претендентов на власть ни в России, ни в Коми крае более не находилось, и крестьяне свыклись с возвращением власти большевиков. 271 Коми научный центр Уро РАН
RkJQdWJsaXNoZXIy MjM4MTk=